Перейти к основному содержанию
11 Января 2019  630

"Меня осуждают и пишут: зачем рожала?" Почему семья в Астане живет в вагончике

"Меня осуждают и пишут: зачем рожала?" Почему семья в Астане живет в вагончике

Их дом сгорел в феврале 2014 года. Потом они снимали комнату в саманном строении. Оттуда переехали в сарай, где спали прямо на угле. Условия были невыносимые. В конечном итоге перебрались в старый неотапливаемый вагончик. С тех пор и живут там, скоро будет уже четыре года. Всего их шестеро: бабушка, ее дочь и четверо внуков. Помогли ли им люди? Да. Нуждается ли эта семья сейчас в помощи? Да.

"Ох, сколько нас уже фотографировали", - вздыхает Алла Вячеславовна Остапчук. Женщине скоро будет 59 лет, она сейчас оформляет пенсию.

"26 лет я проработала на стройке. Строила Минобороны, весь город строила, а теперь все, сил нет, все надорвано, не могу больше работать. Руки болят, сердце болит", - рассказывает она.

"Вы не снимайте обувь, у нас холодно", - говорит 30-летняя дочь Аллы Вячеславовны Ирина.

Вагончик разделен на две комнатки. Одна что-то вроде гостиной с телевизором, в ней мы и ведем нашу беседу, другая - спаленка, там за занавеской сладко сопит девятимесячная дочь Ирины.

"У нас работают два вот таких обогревателя, когда несильно холодно, их хватает, а когда приходят крепкие морозы, включаем третий обогреватель, но тогда начинает выбивать счетчик", - поясняет Алла Вячеславовна.

"У нас был сначала бабушкин дом. Мы жили там. Потом он сгорел. Жили в сарае, на угле спали", - говорит Ирина.

"А перед тем как в сарай пойти жить, мы комнату снимали в саманке за 25 тысяч, холодную, там мыши на лицо падали. А потом, в мае, уже невозможно было: насекомые, пол проломленный, туалет под окном течет, вонь такая стоит - ужас. Я говорю, пойдем лучше в сарай, чем 25 тысяч за такое платить. И вот, детям кровать поставили, а сами на полу, на угле постелили тряпки какие-то, вот так и жили, даже не помыться, все грязные. Да это и не передать", - вспоминает Алла Вячеславовна.

Они рассказывают, что после пожара в 2014 году у них практически ничего не осталось. 

"Мы в одних калошах остались, железо собирали, чтобы детей прокормить", - говорит Ирина.


Фото из Facebook. 2014 год

Женщина уверяет, что ей чудом удалось спасти детей из пылающего дома.

"В тот вечер я подкинула уголь, а оно как бабахнуло. Я закрыла печку, вроде все нормально было. А потом как-то резко крыша упала, все заполыхало, свет потух, уже и выход горел. Я не знаю, каким образом, я схватила в темноте детей и вывела их. Но еще вернулась за одеждой, потом меня уже вынесли", - рассказывает мать четверых детей.

"Я была у сестры, старший внук со мной был. А с ней вот эти двое маленьких. Мы ничего не спасли из дома, только документы нам пожарные успели вынести", - говорит бабушка.

Двое маленьких, которых удалось спасти из пожара, - это шестилетняя Маша и восьмилетний Артем. Старшего сына Ирины зовут Дима, ему 12 лет. Все трое - от одного отца. Но о нем, как и об отце самой младшей дочери, которой всего девять месяцев, Ирина предпочитает не говорить.

"Лучше без них (без отцов этих детей). Никого им не надо. Сейчас пенсию оформлю, будет чуть-чуть полегче", - говорит бабушка.

Сейчас вся семья из шести человек живет на 61 тысячу тенге. Из них 40 тысяч - пособие, которое Ирина получает как малоимущая, а 21 тысяча - пособие по уходу за ребенком до одного года.

В соседней спаленке в этот момент просыпается самый младший ребенок в семье. Мать берет девочку на руки. Другие дети переключают внимание с телевизора на сестренку.

"И вот мы жили в сарае. Напротив вот этот вагон стоял бесхозный, он был разбитый весь, в грязи. Я маме говорю: пошли заедем, хоть крыша над головой будет. Мы сюда заехали, я стекла вырезала сама, поставила. Потом приехали люди из церкви, которая находится в поселке Родина, они выкупили нам этот вагон за 100 с чем-то тысяч тенге. И вот так он остался наш. Но он тоже гнилой, мышами кишит, по головам ходят", - рассказывает Ирина.

О том, что история семьи Остапчук не осталась без внимания людей, можно судить по постам в популярной социальной сети. Неравнодушные граждане еще в 2014 году взывали о помощи, обращались к сотрудникам акимата и открывали сбор средств на новый контейнер.

К делу подошли основательно, даже создали проект спасительного вагона.

На собранные средства контейнер был куплен (синий на фото внизу). Сейчас он стоит напротив вагончика, где живет семья Остапчук.

Как говорит Ирина, какое-то время они жили в новом, купленном на деньги неравнодушных граждан контейнере, но потом опять вернулись в старый вагончик, их он устраивает больше.

"Он (синий контейнер) внутри весь рассыпается, на добром слове там все держится, еще и пол прыгает. Он маленький в ширину, там вообще ничего делать невозможно. Да и счетчик не тянет. Как-то сгорел счетчик, мы сидели без обогревателя, чуть не померли с холоду", - отмечает женщина.

При этом она и ее мать очень благодарны людям, что не оставили их тогда в беде.


Фото из Facebook. 2014 год

"Мы здесь без света жили, уже ближе к зиме, холодно было, и вот тогда много людей отозвались, многие помогли. Всем бы хотелось сказать спасибо", - говорит Ирина.


Фото из Facebook. 2014 год

"Да, нас люди подняли, простые люди по своей доброте душевной, они детей одели, привозили питание, вещи, диван, плиту, холодильник, телевизор - все это люди помогли. Так что людям большое спасибо, они помогли сильно. Ведь до этого нам было нелегко, кушали хлеб и жир. Кто дал жира банку, кто дал хлеба, вот так порежем хлеб, намажем жиром да и едим. Что мы прошли, так не передать", - соглашается Алла Вячеславовна.

Вот, правда, в прошлый Новый год, 31 числа, когда семья была в гостях, в вагончик проникли воры и украли тот самый подаренный телевизор. "А вот этот телевизор мне прислала моя подружка из Германии", - говорит бабушка.

"И куда это вы потом выложите, в Интернет? - осведомилась она и, услышав утвердительный ответ, отметила. - Ой, сейчас начнут опять осуждать, Боже мой, мы через это все проходили".

"Только все и знают в социальных сетях, что осуждать: "Почему не идешь на работу? А зачем рожала?" Что значит "зачем рожаешь"? А что, я потом на старости лет одна буду? Я не хочу так. Тем более, когда я троих рожала, у меня стоял дом, я же не думала о том, что он когда-то сгорит", - говорит Ирина.

"У нас был дом, жили мы неплохо, я пахала на стройке, деньги хорошие зарабатывала, ни у кого ничего не просили, все было свое, и одеты были, и обуты, и накормлены. Мы жили-то хорошо, хватало нам на все. Три комнаты были огромные, и двор огромный. А потом все сгорело", - рассказывает бабушка.

После пожара женщины обращались к городским властям за помощью.

"От акимата сказали, дадим в общежитии комнатку на Лесозаводе, 12 квадратных метров. Но за то, что вы будете жить бесплатно, вы будете мыть общежитие. Я, естественно, отказалась. Потом предлагали в коттедже комнату, говорили, живите, топите, снег убирайте. Да вы что, издеваетесь? У меня маленький ребенок на руках, а бабушка там и сляжет с этой лопатой. Мы тоже отказались, естественно", - рассказывает Ирина.

"Некоторые пишут про нас, мол, они пьют. Но я клянусь детьми, мы ни грамма не употребляем. Вот у детей спросите. Никогда", - говорит она.

"Мы вообще не пьем, вообще. Даже на Новый год детское шампанское берем, а спиртного у нас дома вообще не бывает никогда", - подтверждает бабушка.

И хотя такого наплыва помощников, как в первое время, уже нет, все же этой семье продолжают оказывать поддержку неравнодушные граждане. Вот кто-то из добрых людей сделал входную дверь в вагончик, старая дырявая была и пропускала холод.

Но все равно сложно представить, как эта семья согревается здесь во время морозов.

"Перед тем как поставить чайник, надо сначала льда надолбить из баклажки. Спим под тремя одеялами. Но это до лета, а летом-то мы цари", - говорят женщины.

Вся семья жмется друг к дружке, сидя на кровати. Из телевизора доносится песня: "Мариям Жагор деген орыс қызы...".

А скоро им предстоит пережить крещенские морозы.

Ренат Ташкинбаев

Фото: tengrinews.kz