На этой неделе Алматы широко празднует день своего рождения. У каждого поколения алматинцев в памяти свой город. Но есть места и образы, которые соединяют разные времена: знакомые с детства улицы и скверы, старый Арбат, цирк, театр, городские скульптуры, мимо которых мы проходили сотни раз, порой даже не зная имени их автора.
Многие из них создал Павел Иванович Шорохов, один из известных скульпторов Казахстана, отметивший в этом году 80-летие. Весь август Национальный музей искусств Республики Казахстан имени Абылхана Кастеева представлял юбилейную выставку: «Город, который остается с нами», объединившую скульптуру мастера и яркую, насыщенную цветом живопись его сына Дмитрия Шорохова.
В дни празднования Дня города этот творческий диалог двух поколений стал прекрасным поводом вспомнить Алматы, который они увидели, запечатлели и сохранили для нас, причем каждый по-своему.
Знакомство с творчеством Павла Шорохова у многих начинается задолго до того, как они узнают имя самого мастера. Гостей, прибывающих на железнодорожный вокзал Алматы-2, встречает его композиция «Встреча». У цирка уже не одно поколение горожан знает «Акробатку», клоуна и пантеру, прыгающую через горящее кольцо. В одном из старых городских скверов десятилетиями живет его «Детство», неподалеку от консерватории мать ведет девочку в музыкальную школу, а в центре города расположилось «Яблоко». Работы Шорохова настолько естественно вошли в пространство Алматы, что давно стали частью наших привычных маршрутов, встреч и воспоминаний.
Наверное, поэтому юбилейная выставка воспринималась не просто как рассказ о творческом пути мастера. Она словно собрала воедино разбросанные по городу страницы одной большой биографии. Причем знакомство с ней начиналось еще до входа в музей, в парке скульптур под открытым небом. Павел Иванович пожелал представить здесь целый ряд своих произведений, и эта своеобразная аллея сразу показывала, насколько разнообразен его пластический язык.
Дерево и камень, бронза и алюминий, медь и керамика, кажется, трудно назвать материал, с которым Шорохов не пробовал бы работать. Как рассказывала куратор выставки Оксана Танская, скульптору недостаточно одного художественного дара: необходимо понимать свойства материала, владеть технологией его обработки, знать анатомию, разбираться даже в химических процессах. Особое место в творчестве мастера занимает медь. В технике выколотки объем рождается из металлического листа, постепенно обретающего форму под ударами специальных инструментов. Иногда Шорохов намеренно сохраняет их следы на поверхности. Оксана Танская сравнивает такую фактуру с живописью импрессионистов: там изображение складывается из отдельных мазков, здесь форма словно сохраняет движение руки скульптора.
Но каким бы интересным ни был материал, главным для Шорохова остается человек. И, пожалуй, самые теплые его образы появились совсем рядом, в собственной семье.
Одна из работ запечатлела самого Павла Ивановича с маленьким Дмитрием на плечах. За ней стоит простая домашняя история, которую сын помнит до сих пор. Отец сажал его на плечи, подходил вместе с ним к большому зеркалу и внимательно всматривался в отражение, запоминая положение фигур. Потом уходил в мастерскую и короткое мгновение семейной жизни оставалось жить в дереве. Рядом – супруга мастера Альфира с маленькой дочерью Катей. Альфира на протяжении многих лет была его музой: ее фигура, пластика, движение угадываются во многих женских образах Шорохова.
Одна из ранних работ мастера так и называется – «Счастье». Это счастье материнства, семьи, близости. Отсюда же начинается еще одна сквозная тема его творчества – детство. Из семейного пространства эта тема довольно быстро вышла в пространство городское. В 1978 году в Алматы появилось «Детство» – одна из ранних парковых работ Шорохова. Место для нее Павел Иванович выбирал сам, согласовывая его с городом. И вот уже почти полвека скульптура остается практически там же.
Когда-то неподалеку находилось хорошо знакомое старшему поколению алматинцев детское кафе-мороженое. Кафе давно исчезло. Изменилось многое вокруг, а «Детство» осталось. И в этом есть удивительное свойство городской скульптуры: с годами она начинает хранить не только замысел художника, но и память о пространстве, в котором живет. Она помнит то, чего уже нет.
Тема детства звучит и в «Аисте», еще одной ранней работе молодого Шорохова, созданной для пространства возле магазина детских товаров. А десятилетия спустя она получает уже совсем современное продолжение: в одной из парковых скульптур ребенок держит мобильный телефон. Если присмотреться к экрану, там два родных слова: «апа» и «ата». Мальчик звонит бабушке и дедушке. Почти бытовая деталь превращается в тот же вечный разговор о семье и связи поколений.
Связь поколений хранит и сам Алматы. Особенно остро это ощущается возле цирка. Многие воспринимают стоящие там фигуры как единую композицию, хотя создавались они как самостоятельные произведения. Первой, в 1990 году, появилась «Акробатка», позднее рядом возникли пантера, прыгающая через горящее кольцо, и клоун. Когда-то родители приводили сюда своих детей, а сегодня те приходят к знакомым фигурам уже со своими детьми.
Таких встреч с Шороховым в городе множество. На привокзальной площади – «Встреча», и само название здесь приобретает почти буквальный смысл: человек только приехал в Алматы, а город уже встречает его искусством. Неподалеку от консерватории мать ведет девочку в музыкальную школу. Возле «Алматы Арены» – юные спортсмены. В районе жилого комплекса «Столичный центр» произведений Шорохова столько, что пространство напоминает небольшой парк скульптуры. Здесь появляется и один из любимых мастером образов – верблюд, к которому он неоднократно возвращался и в объемных произведениях, и в рельефах.
А в центре Алматы, конечно же, «Яблоко», в котором один из главных символов города получил свое пластическое воплощение. Скульптуры Шорохова не собраны в одном месте, они рассыпаны по всему городу. И, возможно, именно поэтому так прочно с ним срослись.
Но город – это живой организм. Он меняется, перестраивается, обретает новые очертания, а вместе с ним меняется и судьба произведений. Особенно показательна история «Фламинго». Когда-то скульптура стояла на старом алматинском Арбате. После реконструкции пешеходной зоны она покинула привычное место и позднее оказалась возле здания бывшего аэровокзала.
Когда Оксана Танская вместе с Павлом Шороховым выбирала центральный образ юбилейной выставки, мастер пожелал видеть на афише именно «Фламинго». Причем не просто одну из авторских вариаций этого образа, а именно того, с Арбата. Для художника была важна не только сама скульптура, но и пространство, частью которого она когда-то стала. Найти подходящее изображение оказалось непросто. Пожар в мастерской уничтожил часть произведений из семейного архива. Выручила фотография Дмитрия Шорохова.
На протяжении многих лет он снимал работы отца непосредственно там, где они были установлены. И со временем эти фотографии приобрели дополнительную ценность: вместе со скульптурами на них сохранился прежний Алматы.
Так история одного «Фламинго» превратилась в историю города. На фотографии остался старый Арбат, его пространство, атмосфера, знакомый силуэт. Сегодня все выглядит иначе, но снимок удержал мгновение, которого уже не вернуть. Не всем произведениям удалось пережить городские перемены. Некоторые декоративные композиции были утрачены во время реконструкций, исчезли со своих мест «Поливальщик» и «Бизнесмен», дальнейшая судьба которых неизвестна. Последний был особенно интересен тем, как естественно входил в жизнь улицы: бронзовый персонаж сидел на обычной городской скамейке, и прохожий мог присесть рядом, сфотографироваться, прикоснуться. Между человеком и искусством исчезала привычная музейная дистанция.
Отдавая произведение городу, художник словно отпускает его в самостоятельную жизнь. Дальше вокруг него меняется пространство, его могут перенести, повредить, а иногда и вовсе потерять. Но бывают случаи, когда автор спустя десятилетия вновь берет ответственность за судьбу своей работы.
Так произошло с «Сарыаркой», которую горожане называют «Верблюдом». Работа появилась еще в 1980-е годы, и место для нее Павел Иванович также выбирал сам. Несколько лет назад скульптуру серьезно повредили вандалы. Шорохов восстановил ее за собственный счет, и сегодня «Сарыарка» снова находится на прежнем месте. Получился почти символический круг: когда-то художник сам выбрал для неё уголок Алматы, а спустя десятилетия сам вернул ей прежний облик.
Образ верблюда вообще не раз возникает в творчестве мастера. На выставке рядом с монументальными произведениями можно было увидеть и камерные работы, среди них, например, «Невеста». А новые произведения показали еще одну сторону Шорохова: и в восемьдесят лет ему по-прежнему интересно экспериментировать. Он соединяет медь и алюминий, дерево и камень, вводит в композиции агат, тигровый глаз и другие самоцветы, использует естественную форму древесины как часть художественного образа. Рядом с работами, созданными десятилетия назад, эти вещи особенно ясно говорили: юбилей для мастера не итог, а очередная отметка на продолжающемся творческом пути.
И здесь особенно естественно возникал второй голос выставки, живопись Дмитрия Шорохова. Если отец на протяжении десятилетий вписывал свои произведения непосредственно в пространство Алматы, то сын сохраняет город на холсте. Причем его интересует не парадный, открыточный Алматы с известными туристическими видами. Дмитрий пишет тихие улицы, дворы, неприметные уголки и те места, мимо которых случайный гость может пройти и не заметить, но которые безошибочно узнает человек, живущий здесь много лет.
Это Алматы «для своих» – камерный, негромкий, родной. Дмитрий в своих работах сохраняет не только город, но и самого отца. На одном из полотен Павел Иванович запечатлён за работой, на другом выглядит задумчивым, словно всматривающимся куда-то вдаль: то ли в будущее, к еще не созданным произведениям, то ли в собственное прошлое. И рядом продолжается семейная хроника.
Маленькая Катя, когда-то запечатленная отцом на руках у Альфиры, спустя годы появляется уже взрослой женщиной со своим ребенком. Так в пространстве одной выставки соединилось сразу несколько времен: молодость и зрелость, родители и дети, семейная память и память городская, Алматы прошлый и сегодняшний.
Наверное, поэтому название выставки; «Город, который остается с нами» оказалось гораздо шире музейной экспозиции. Ведь город остается с человеком не только в зданиях, улицах и старых фотографиях. Он остается в том, что когда-то стало частью нашей собственной жизни: в дороге к школе, в прогулке с родителями, в походе в цирк, в знакомом сквере, в скульптуре, возле которой назначали встречи и которую спустя годы показываем уже своим детям.
Чтобы увидеть искусство Павла Шорохова, сегодня необязательно идти в музей. Достаточно выйти на улицу и внимательнее посмотреть на знакомый город: пройти мимо цирка, оказаться возле вокзала, заглянуть в старый сквер, найти «Яблоко», увидеть «Фламинго» уже на новом месте. И тогда привычный город начинает читаться немного иначе. В нем обнаруживается ещё одна летопись, не написанная на бумаге, а высеченная в камне, вырезанная из дерева, воплощенная в металле.
Алматы меняется. Исчезают старые кафе, преображаются улицы, скульптуры меняют адреса, некоторые, к сожалению, исчезают совсем. Но возле тех, что остаются, продолжается жизнь: взрослеют дети, встречаются люди, сменяются поколения, рождаются новые воспоминания.
Наверное, именно так город и остается с нами в памяти, которую мы передаем друг другу. А произведение, однажды созданное руками художника и отданное городу, со временем становится уже не только частью его творческой биографии. Оно становится частью биографии Алматы.
