Настройки
Язык
Тема
Обновление

Полвека из восьмидесяти лет – «на монтаже»

3920

В эти майские дни друзья, коллеги и многие казахстанцы поздравляют с 80-летним юбилеем Евгения Георгиевича Ёжикова-Бабаханова. Политический и государственный деятель Казахстана, который при этом остался верным своей избранной профессии строителя-монтажника. 

В прошлом вице-премьер Казахской ССР, а затем и Республики Казахстан, ныне он возглавляет совет директоров АО «Монтажспецстрой». Его коллеги говорят, что, придя в монтажную отрасль в начале семидесятых годов прошлого века, Евгений Георгиевич уже почти полвека «на монтаже». Быть знакомым с ним – подарок судьбы, работать – высокое доверие, учиться у него – честь. 

Умение анализировать и прогнозировать ситуацию, принимать решения, всегда отстаивая интересы компании и ее сотрудников, следуя принципу трех «С»: самообеспечение, самофинансирование, самоокупаемость, характеризует его не только как управленца-менеджера, но и как государственника. Евгений Георгиевич – максималист по жизни: он всегда стремится добиться лучшего результата – в стройотряде, на государственной службе или на партийной работе, в бизнесе и в жизни. Человек со стержнем и один из ключевых кадров сильного кунаевского «призыва». 

…Родом он из Саратова, начинал трудовой путь рабочим завода «Львовсельмаш», учился во Львовском политехническом институте. В Казахстан Евгений Георгиевич впервые приехал в качестве заместителя командира Центрального штаба студенческих стройотрядов при ЦК ВЛКСМ в середине 60-х годов. А затем ему предложили возглавить Казахстанский штаб Всесоюзного студенческого стройотряда, численность которого превышала 40 тысяч человек. 

Первый секретарь республиканской парторганизации Димаш Кунаев тогда по достоинству оценил его лидерские качества и предложил остаться в Казахстане. Тогда-то ему, стройотрядовцу, Димаш Ахметович Кунаев сказал: «В Москве таких, как ты, много: косой косить можно. А у нас ты Ёжиков, да еще и Бабаханов – один. Оставайся». Так судьба Евгения Георгиевича оказалась накрепко связана с Казахстаном.

Сегодня мало кто знает, но многие значимые события Алматы и республики связаны с Ёжиковым-Бабахановым. Порой кажется, что судьба невидимой рукой направляла его туда, где могли бы пригодиться его организаторский талант и профессиональные способности. Так вышло, что после назначения его старшим референта Управделами Совмина КазССР ему поручили курировать работу проектных организаций и «Казселезащиту», которая занималась строительством плотины на «Медео». На момент назначения сооружение превратилось в долгострой, хотя угроза схода селя на город была чрезвычайно высока. Что в итоге и случилось в июле 1973 года. Как вспоминал Евгений Георгиевич, пять суток свыше двух тысяч человек, в числе которых был и он, под руководством секретаря ЦК Компартии Казахстана Мустахима Биляловича Иксанова вели борьбу за спасение города.

«Сверху ежесекундно шло до 13,5 куба воды ¬– почти вдвое больше, чем могло выдержать имевшееся селехранилище. При этом пропускные сооружения не были закончены, а имевшиеся забило, – вспоминал он. – Вода стала катастрофически быстро подниматься. Сель прошел по руслу со скоростью 60 км/час. На следующий день поперек плотины наверху стало рвать асфальт. Были мобилизованы все силы, чтобы перехватить воду и пустить ее по трубе по верхней дороге. Ведь если бы эта водно-грязевая масса прорвалась, то прокатилась бы по территории, где проживало порядка 280 тысяч человек. Поэтому была эвакуация жителей по малой Алматинке. Только на четвертый день удалось пустить воду в обвод по трубе и взять ситуацию под контроль. Еще день спустя «Би-Би-Си» передало, что граждане Алма-Аты – героический народ, который преодолел опасность, предотвратив сход селя в город».  

Вскоре после этого, в 32 года, Ёжиков-Бабаханов был назначен заместителем министра монтажных и специальных строительных работ КазССР. Он имел прямое отношение к строительству знаменитой алматинской бани «Арасан», а также к последовавшей затем головомойке из Москвы. На объект в Алма-Ату отправилась высокая московская комиссия, чтобы разобраться, как там считали, с преступным расточительством. Участникам проекта пришлось обосновывать, почему вместо трех маленьких бань был построен один комплекс.

– В итоге установили, что превышение по смете проекта составило всего 1,6%. Комиссия заключила, что «Арасан» – это лечебное учреждение, – вспоминает юбиляр. – А вскоре комплекс стал одним из символов города и объектом, который был известен во всем СССР. И еще один такой объект, который мы построили также по поручению Кунаева, был Дворец пионеров. Он увидел такой во Вьетнаме. По приезде показал нам фотографию и сказал: «Сделайте Дворец пионеров, большой, красивый, необычный». Это последнее поручение от Кунаева я, еще будучи уже министром, получил в августе 1986 года. Он вызвал меня и сказал: «Евгений, я уйду». И попросил пообещать, что мы без него также закончим «завязку» ТЭЦ-1 и ТЭЦ-2, чтобы не было проблем, если одна из станций выйдет из строя. Я ему обещал, что мы сделаем до октября 1986 года. И обещание сдержал.

В свое время Евгений Георгиевич возглавлял и организовывал работу всех монтажных организаций, участвовавших в монтаже домны № 4 и второй агломерационной фабрики Карагандинского металлургического завода. Напрямую он руководил строительством Чимкентского и Павлодарского НПЗ.

В «колбинские времена» министра-монтажника отправили в Джезказганскую область главой обкома… поднимать село. Вспоминая этот период, Евгений Георгиевич рассказывал, что тогда начал по-новому читать… «Капитал» Маркса.

«Мы поняли, что корень наших проблем – в отсутствии мотивированности труда. Тогда-то мы и решили в основу работы заложить принцип личной заинтересованности, – рассказывает Евгений Георгиевич.  – Собрал я чабанов и предложил передать им отары... в аренду сроком на пять лет. При условии выполнения годового задания, независимо от того, какое они сохраняют поголовье, через пять лет отара переходит в их собственность. Об этом новшестве тут же доложили Колбину. Хорошо, что в республиканских структурах работали профессионалы. Они-то меня и защитили».

При этом, до рынка было еще не близко, но он уже предварял те перемены, которые пришли с переходом на рыночные отношения. И развитие хозрасчета, которым занимался, и тот сельский опыт он считает крайне полезным. «Мы шли к рынку путем проб и ошибок», – признается он. Этот переход пришелся на его вице-премьерство, когда нужно было решать острые вопросы, которые в случае ошибки могли обернуться социальным взрывом.

«Например, в начале 90-х нужно было держать цены на хлеб – и мы держали пять месяцев. В силу должности пришлось принимать непростые решения по приватизации партийного имущества, бороться и за Байконур, а на Семипалатинском полигоне – против мародерства созданного потенциала», ¬– вспоминал Евгений Георгиевич. 

Еще одним поворотным фактом в его судьбе в начале 90-х стало принципиальное расхождение с позициями премьер-министра и, уйдя из правительства Кажегельдина, он возглавил частную компанию – «Монтажспецстрой». АО возникло на фундаменте Минмонтажспецстроя, в которое вошли все отраслевые тресты. Благодаря этому производственные базы монтажных организаций и основной костяк инженерно-технических работников и квалифицированных рабочих кадров были сохранены. Это создало объективную возможность без потерь и серьезных сбоев продолжать строительно-монтажные работы в Казахстане, более того, сохранить для страны отрасль. По воспоминаниям монтажников, костяк компании составляли человек 20. Сегодня АО – это многотысячный коллектив.

Период становления компании был настолько непростой, что, отстаивая интересы компании и бизнеса в широком смысле слова, «Монтажспецстрой» опротестовывал решение правительства Кажегельдина в суде. Речь шла о долгах, которые «прощались» при передаче активов новым инвесторам. При этом долги проданных или переданных в управление предприятий за ранее выполненные объемы работ превышали десятки миллионов долларов, но гасить их никто не собирался. Правопреемников по ним, как правило, не находилось, а правительство не несло никакой ответственности перед теми, кто выполнял подрядные работы для проданной компании.  

Постановление кабмина избавляло государство «от головной боли и ответственности» по долгам, а некогда крепкие и работающие предприятия из-за невозвращенных долгов ставило на колени и приводило к их разорению. Это и послужило причиной для судебного разбирательства. К слову сказать, монтажники дело выиграли – постановление правительства (№ 195 от 18 февраля 1996 г.) было частично отменено. Правда, не все долги вернули компаниям. Но был создан прецедент, доказано равенство перед законом всех, в том числе и правительства. И это особо подчеркивает Евгений Георгиевич.

Сегодня Ёжиков-Бабаханов по-прежнему в рабочем строю. Он внимательно следит за тем, как разворачивается ситуация в экономике страны, до глубины погружается в задачи, стоящие перед компанией, жестче любого профкома защищает интересы трудового коллектива и, не скупясь, делится своим бесценным опытом государственника с коллегами.

Многие лета Вам, Евгений Георгиевич! Крепкого здоровья и неиссякаемой энергии желает Вам весь коллектив и знающие Вас монтажники страны.

Алевтина ДОНСКИХ, независимый директор АО «Монтажспецстрой»

Международное информационное агентство «DKNews» зарегистрировано в Министерстве культуры и информации Республики Казахстан. Свидетельство о постановке на учет № 10484-АА выдано 20 января 2010 года.

Приложение DKNews для Android Приложение DKNews для iPhone
МИА «DKNews» © 2006 -