Туристический поток в горах Алматы продолжает расти, тогда как существующая инфраструктура уже испытывает серьезную нагрузку. Ограничить интерес людей к горам невозможно - задача заключается в том, чтобы организовать этот поток, сделать отдых безопаснее и одновременно снизить нагрузку на природные территории. Мнением о том, какую роль в этом может сыграть Almaty SuperSki в урочище Кок-Жайлау, поделился представитель Координационного совета Иле-Алатауского национального природного парка Юрий Шнейдмюллер.
Юрий Шнейдмюллер. Фото: из личного архива Ю. Шнейдмюллера
– Насколько сильно вырос поток людей в горы Алматы?
– Очень существенно. Если в 2019 году Иле-Алатауский национальный парк посещали порядка 300 тыс. человек, то в 2025 году количество посещений приблизилось к 950 тыс. То есть за несколько лет нагрузка выросла более чем в три раза. И оснований считать, что этот рост остановится, нет.
При этом значительная часть посетителей - начинающие и неподготовленные туристы. Люди хотят проводить время в горах, но оборудованных, понятных и безопасных мест пока недостаточно.
– В чем сегодня главная проблема?
– В том, что значительная часть этого потока остается стихийной. Люди самостоятельно выбирают маршруты, зачастую не знают их сложности, не следят за погодой, сходят с троп. И это уже вопрос безопасности.
Только в 2025 году в горах Алматы спасательные службы провели 410 поисково-спасательных операций и спасли 608 человек, в том числе 88 несовершеннолетних. С начала 2026 года проведено еще 43 операции и спасено 65 человек. Среди основных причин происшествий - незнание местности, слабая подготовка и переоценка собственных возможностей.
Поэтому инфраструктура в горах - это не только комфорт. Это маршруты, навигация, связь, спасательные пункты и возможность быстрее прийти человеку на помощь.
Юрий Шнейдмюллер. Фото: из личного архива Ю. Шнейдмюллера
– Но инфраструктура сама по себе не увеличит нагрузку на природу?
– Здесь важно понимать: нагрузка уже существует. Люди приходят на Кок-Жайлау независимо от того, есть там проект или нет. Они прокладывают стихийные тропы, сходят с маршрутов, вытаптывают растительность, оставляют мусор. И чем больше становится посетителей, тем сильнее этот процесс.
Поэтому я бы поставил вопрос иначе: если ничего не делать, не рискуем ли мы со временем потерять Кок-Жайлау именно из-за неконтролируемой рекреационной нагрузки?
Сохранить природную территорию - не значит просто оставить ее без инфраструктуры. Нужно понимать, где люди будут ходить, концентрировать поток на оборудованных маршрутах, контролировать наиболее чувствительные участки и постоянно заниматься их восстановлением.
– Как в этом может помочь Almaty SuperSki?
– Я рассматриваю Almaty SuperSki шире, чем просто горнолыжный курорт. Это возможность создать современную всесезонную горную инфраструктуру. Причем именно на том месте, которое исторически притягивало предков наших земель.
Поток людей никуда не исчезнет. Он будет только нарастать, ведь сама энергетика урочища притягивает людей. Поэтому самый главный вопрос сегодня в том, будет поток стихийным или управляемым.
Конечно, все, кому небезразличны алматинские горы, хотят, чтобы этот поток был управляемым и наносил как можно меньше вреда природе. Именно поэтому я поддерживаю развитие инфраструктуры, потому что она может сконцентрировать значительную часть посетителей там, где будут маршруты, навигация, связь, сервисы и возможности для работы спасательных служб.
При этом наиболее чувствительные природные участки, наоборот, можно защитить от бесконтрольного посещения.
И раз уже я заговорил о сакральности этого места, я бы порекомендовал операторам проекта отказаться от современного, но не отражающего историю этого места названия - Almaty SuperSki. Я считаю, что курорт должен называться по имени урочища - Кок-Жайлау. Уверен, что само название является оберегом этого места и должно остаться неизменным.
– А помимо сакрального названия, сам туризм может помогать сохранять природу?
– Конечно. Такой подход давно применяется в мире: часть доходов, которые генерирует туристическая территория, возвращается обратно в ее сохранение.
Например, в Новой Зеландии действует специальный туристический сбор, средства которого направляются на природоохранные проекты и туристическую инфраструктуру. В национальном парке Банф в Канаде средства от посещения используются в том числе на содержание троп, безопасность и инфраструктуру.
Я считаю, что подобную модель можно рассмотреть и для гор Алматы - например, создать целевой фонд сохранения горных территорий, куда направлялась бы часть доходов от курорта и других коммерческих сервисов.
Средства такого фонда могли бы идти на восстановление троп и нарушенных участков, уборку территории, посадку и уход за растительностью, мониторинг биоразнообразия и развитие спасательной инфраструктуры. При этом сам механизм должен быть максимально прозрачным - с участием нацпарка, ученых и общественности.
Юрий Шнейдмюллер. Фото: из личного архива Ю. Шнейдмюллера
– То есть развитие инфраструктуры и сохранение природы не должны противопоставляться?
– Именно так. Я бы вообще не ставил вопрос как выбор между природой и инфраструктурой. Правильнее спросить: какая инфраструктура позволит сохранить природу при том количестве людей, которое уже сегодня приходит в горы и завтра станет еще больше?
Массовый туризм уже существует. Если почти миллион посещений национального парка в год оставить без достаточной инфраструктуры, контроля и восстановления территории, нагрузка на природу никуда не исчезнет.
Наша задача - сделать так, чтобы развитие туризма одновременно создавало ресурсы для сохранения гор. Чтобы через 20–30 лет Кок-Жайлау оставался природной территорией, доступной людям, но не деградировал из-за их присутствия.
