Российский контракт остался без одобрения. Акционеры «Казатомпрома» не поддержали продажу урана компании из структуры «Росатома», зато одобрили сделку с китайским покупателем. Голосование вызвало политические споры, хотя его результаты говорят прежде всего о конкретных коммерческих решениях, передает DKNews.kz.
Согласно опубликованным результатам внеочередного собрания акционеров, голосование состоялось 7 октября 2026 года. Контракт с российской Uranium One Group не получил необходимой поддержки, тогда как соглашение с китайской State Nuclear Uranium Resource Development Company Limited (SNURDC) было одобрено большинством голосов.
88,34% акционеров воздержались от сделки с «Росатомом»
Результаты голосования оказались необычными. Против российского контракта выступило сравнительно небольшое число акционеров. Подавляющее большинство предпочло воздержаться.
Голоса по сделке с Uranium One Group распределились следующим образом:
- 88,34% — воздержались;
- 6,27% — проголосовали против;
- 5,39% — поддержали контракт.
Для одобрения требовалось простое большинство. Сделка его не получила.
Uranium One Group входит в структуру российской госкорпорации «Росатом» и участвует в добыче урана на территории Казахстана.
Речь шла о продаже концентратов природного урана в форме закиси-окиси U₃O₈. Предполагалось, что продукция будет поставляться на Сибирский химический комбинат в России.
При этом воздержание нельзя автоматически считать голосованием против сотрудничества с Россией. Акционеры не одобрили конкретную сделку, а причины такого решения публично не раскрыты.
Утверждать, что компанию не устроили цена, политическая обстановка или условия поставок, без дополнительных документов было бы преждевременно.
Китайский контракт получил поддержку 88,63% голосов
На том же собрании акционеры рассмотрели сделку с китайской SNURDC.
Результат оказался противоположным:
- 88,63% — проголосовали за;
- 6,49% — против;
- 4,88% — воздержались.
Китайская компания получила одобрение на заключение спотового контракта по купле-продаже концентратов природного урана.
Суммы и коммерческие условия двух соглашений публично не раскрыты. Поэтому делать вывод, что китайский покупатель предложил более высокую цену, оснований нет.
Зато голосование продемонстрировало, что акционеры готовы рассматривать сделки с разными иностранными партнерами по отдельности.
И здесь возникает вопрос, который оказался гораздо шире корпоративной повестки: обязан ли Казахстан продавать стратегическое сырье определенной стране только потому, что между государствами существуют давние экономические связи?
С точки зрения коммерческой деятельности такого обязательства само по себе нет.
Казахстан продает 56% урана в Азию, но Россия не единственный рынок
Представление о том, что казахстанский уран практически полностью зависит от российского покупателя, не подтверждается географией продаж национальной компании.
Согласно финансовым результатам «Казатомпрома» за 2025 год, компания реализовывала продукцию 21 клиенту в восьми странах.
Консолидированные продажи урановой продукции по регионам распределились следующим образом:
- Азия 56%
- Америка 25%
- Европа 19%
Причем годом ранее на Азию приходилось 50% продаж, на Америку — 22%, на Европу — 28%.
Эти показатели не раскрывают долю каждого отдельного государства. Но они показывают масштаб международного присутствия компании и отсутствие привязки всего экспортного бизнеса к одному направлению.
Для Казахстана такая география имеет практическое значение. Чем разнообразнее покупатели, тем меньше зависимость от решений одного заказчика или условий одного рынка.
Впрочем, полностью исключить геополитические риски невозможно. Международная торговля ураном зависит не только от спроса, но и от логистики, транспортной инфраструктуры и работы предприятий ядерного топливного цикла.
Почему «Казатомпром» не стремится продать максимум урана
В основе коммерческой стратегии национальной компании лежит подход Value over Volume — приоритет стоимости над объемом.
Его смысл состоит в том, чтобы не наращивать реализацию любой ценой, а учитывать долгосрочную экономическую выгоду от использования ограниченного природного ресурса.
Для урановой отрасли это особенно существенно.
Сегодняшняя продажа больших объемов сырья не обязательно означает наиболее выгодный результат на протяжении всего срока разработки месторождения.
Компания должна учитывать рыночную конъюнктуру, обязательства перед клиентами и экономику будущих поставок.
Кроме того, бумаги «Казатомпрома» торгуются на Лондонской фондовой бирже и Astana International Exchange (AIX). Решения о крупных контрактах затрагивают интересы акционеров, в том числе инвесторов, оценивающих финансовые и корпоративные риски.
Поэтому отказ одобрить определенный контракт нельзя без доказательств объяснять исключительно политикой.
Почему голосование вызвало обвинения в «русофобии»
Реакция на решение акционеров вышла за пределы деловой повестки.
В части российских Telegram-каналов результаты голосования стали поводом для обвинений Казахстана в «русофобии». Звучали и оценки о том, что страна якобы совершает «выстрел себе в ногу».
Однако эти утверждения не объясняют коммерческих причин голосования и не доказывают наличия политического мотива.
Авторы Telegram-канала «Русский Байконур» предлагают рассматривать ситуацию как проявление корпоративной осторожности, а не разрыв отношений с российской стороной.
У такого прочтения есть основания: решение касается конкретного контракта, а российские компании продолжают участвовать в казахстанской урановой промышленности.
Более того, в отчетности «Казатомпрома» отражено сотрудничество с Uranium One в совместных добывающих предприятиях.
Поэтому говорить о прекращении сотрудничества Казахстана и России в атомной отрасли на основании одного голосования некорректно.
Что решение «Казатомпрома» означает для Казахстана
Национальная компания управляет ресурсом, имеющим стратегическое значение для экономики страны. И коммерческие решения о его реализации напрямую связаны с интересами государства и других акционеров.
Одобрение китайского соглашения само по себе не доказывает переориентацию всей урановой отрасли на Китай. Равно как отсутствие одобрения российского контракта не означает прекращения торговли с Россией.
Для оценки реальных экономических последствий необходимы данные о стоимости, объемах и сроках поставок. Без них невозможно установить, какой финансовый результат принесло бы каждое соглашение.
В то же время диверсификация рынков остается одним из инструментов защиты экспортного бизнеса от концентрации рисков.
Недавно мы рассказывали о планах Казахстана расширить урановую сырьевую базу и развивать геологоразведку в рамках долгосрочной стратегии атомной отрасли до 2050 года.
Масштабы этого бизнеса объясняют, почему решения о поставках привлекают такое внимание. По итогам 2025 года на Казахстан приходилось около 39% мирового объема добычи урана с учетом предприятий холдинга «Казатомпром».
И пока причины октябрьского голосования не раскрыты, подтвержденный результат остается вполне конкретным: российский контракт не получил одобрения, китайский получил, а Казахстан сохранил возможность самостоятельно определять условия продажи своего урана.
