Подведение итогов и постановка задач через программные интервью и Послания Президента постепенно становятся в Казахстане не просто политическим ритуалом, а формой стратегического диалога с обществом. В них всё меньше декларативности и всё больше попытки зафиксировать логику действий государства: что уже сделано, какие механизмы запущены и какие риски остаются впереди. И в этом ключе Послание Президента Касым-Жомарта Токаева выступает документом, который задаёт рамку для последовательной перестройки модели управления, экономики и социальной политики.
Экспертное сообщество всё чаще рассматривает его в связке с уже реализуемыми реформами. Насколько видны первые результаты перераспределения ответственности между ветвями власти? Становятся ли регионы реальной опорой устойчивого развития? Переходит ли экономика от постановки задач к формированию точек роста? Эти вопросы мы обсудили с Канатбеком Мурзахалиловым, управляющим партнёром коммуникационной группы «Гуров и партнёры – Центральная Азия», кандидатом исторических наук.
Фото: facebook.com/jurfak.kg
– Канатбек, Президент последовательно говорит о перераспределении ответственности между ветвями власти и усилении роли Парламента. Можно ли сказать, что сегодня в Казахстане уже видны первые результаты этой модели более сбалансированного государственного управления?
– Если смотреть на ситуацию с учётом институциональной логики, первые признаки этой модели действительно просматриваются. Как видно из практики, парламент постепенно выходит за рамки формального утверждения законов и начинает играть более заметную роль в формировании повестки. Особенно это заметно по работе депутатов в регионах и их взаимодействию с исполнительной властью. Важно, что этот процесс не носит стихийный характер. Он задаётся и поддерживается политической волей Президента. Токаев последовательно обозначает, что перераспределение ответственности между ветвями власти должно быть не декларативным, а рабочим механизмом. Пока мы имеем дело с переходным этапом, когда институциональная конструкция уже запущена, но ещё не работает в полную силу. Подобные процессы, если вспомнить опыт других стран, никогда не происходят быстро. Основной вопрос, как мне кажется, не номинальное усиление роли Парламента, а его реальная способность влиять на исполнение решений. Именно это станет главным индикатором зрелости той модели государственного управления, которую сегодня последовательно выстраивает Президент.
– Тема сильных регионов как основы устойчивого государства звучит в Посланиях не первый год. Как вы оцениваете прогресс Казахстана в реализации этой идеи и её значение для социально-экономической устойчивости страны?
– При сравнении с более ранними этапами, когда региональная политика часто сводилась к точечной поддержке, сегодня подход выглядит более системным. Сильные регионы рассматриваются уже не как вспомогательный элемент, а как основа устойчивости государства и это чётко прослеживается в логике президентских Посланий последних лет.
Можно предположить, что на уровне высшего политического руководства пришло осознание: без выравнивания доступа к базовым услугам – образованию, медицине, инфраструктуре – социальная стабильность остаётся уязвимой. Характерно, что по инициативе Президента возвращённые активы направляются именно на региональные проекты, а не растворяются в общем бюджете. Конечно, прогресс остаётся неоднородным, и это объективно для такой большой страны. Но в долгосрочной перспективе именно регионы, скорее всего, будут определять устойчивость всей социально-экономической конструкции. Этот поворот выглядит логичным, своевременным и концептуально выверенным.
– В экономическом блоке Послания особое внимание уделяется индустриализации, переработке и развитию внутреннего производства. Насколько Казахстану удалось перейти от постановки этих задач к формированию реальных точек роста?
– Если обратиться к опыту прошлых десятилетий, Казахстан долгое время жил в логике сырьевого комфорта. Сегодня, судя по Посланию Президента, происходит осознанная попытка выйти за пределы этой модели и заложить основы иной экономической архитектуры. Это прежде всего переработка в агропромышленном комплексе, развитие энергетической базы, расширение логистических коридоров и формирование индустриальных зон в регионах. Реальное промышленное развитие начинается там, где совпадают энергетическая база, логистика и доверие инвесторов. Сейчас государство, по всей видимости, сосредоточилось именно на создании этих системных условий и это соответствует стратегическому видению Токаева, который неоднократно подчёркивал, что индустриализация невозможна без институциональной предсказуемости. Такой подход не всегда заметен на короткой дистанции, но именно так обычно закладываются устойчивые отрасли.
– Принцип «экономики для людей» ранее обозначался как стратегическая цель. Видите ли вы признаки того, что эта концепция наполняется конкретным содержанием?
– Экономика для населения – это прежде всего вопрос долгосрочных доходов и качества жизни, а не разовых мер поддержки. В Послании Президента этот принцип всё чаще связывается с инфраструктурой, образованием и занятостью, а не с краткосрочными социальными компенсациями. Именно эти факторы дают устойчивый социальный эффект.
Можно предположить, что Токаев сознательно уходит от популистской логики быстрых решений в пользу более сложных, но надёжных инструментов. При этом ожидать мгновенного результата не стоит – такие изменения всегда имеют отложенный эффект. Основной вызов здесь превратить экономический рост в рост качества рабочих мест, а не просто статистических показателей. Именно в этом месте концепция «экономики для людей» проходит проверку на реальное содержание и управленческую состоятельность.
– Цифровизация и внедрение новых технологий обозначены как приоритет. Можно ли говорить, что Казахстан перешёл к стадии практического внедрения цифровых решений?
– Если сравнивать с предыдущими программными документами, сегодня цифровизация выглядит уже не как эксперимент, а как стратегическая линия, поддержанная на уровне главы государства. Объявление 2026 года Годом цифровизации и искусственного интеллекта – это, по сути, политическая фиксация пройденного этапа и сигнал о переходе к масштабированию решений.
Важно, что технологии рассматриваются не сами по себе, а как инструмент повышения эффективности управления и удобства для граждан, именно в таком ключе эту тему подаёт Президент. Можно предположить, что принятие Цифрового кодекса станет ключевым моментом перехода к системной цифровой модели. Основной риск здесь заключается не в нехватке технологий, а в способности государственного аппарата адаптироваться к новой логике управления.
– В Послании подчёркивается преемственность прагматичного и многовекторного внешнеполитического курса. Как вы оцениваете его результаты?
– С позиции долгосрочной дипломатии преемственность внешнеполитического курса – один из ключевых факторов устойчивости. Президент Токаев последовательно продолжает прагматичный и многовекторный подход, избегая резких движений и внешнеполитических авантюр. В условиях глобальной нестабильности это воспринимается партнёрами как серьёзное преимущество.
Для Центральной Азии Казахстан фактически остаётся якорем предсказуемости. Экономические и транспортные проекты усиливают эту роль не декларативно, а на практике. Внешняя политика в данном случае работает как продолжение внутренней стратегии развития, и это признак зрелого государственного мышления.
– Если рассматривать Послание в комплексе, движется ли Казахстан по выстроенной траектории модернизации или реагирует ситуативно?
– Сопоставление Послания с реализованными за последние годы мерами создаёт ощущение логически выстроенной траектории. Политические реформы, экономическая диверсификация и цифровизация не выглядят разрозненными шагами. Скорее, речь идёт о попытке последовательно изменить саму модель государства и эта логика прослеживается в действиях Президента на протяжении последних лет.
Внешние вызовы, безусловно, влияют на приоритеты, но не меняют стратегического направления. Главный вызов здесь – не выбор курса, а способность выдержать его в условиях давления и ожиданий быстрых результатов. Если Казахстану удастся сохранить эту последовательность, текущий этап может стать одним из ключевых за весь период трансформации страны.
