В конце прошлого года Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев выступил с лекцией в Университете Организации Объединённых Наций в Токио. Это событие стало знаковым сразу по нескольким причинам: Токаев стал первым главой государства из Центральной Азии, приглашённым выступить в столь авторитетном международном академическом учреждении. Но куда важнее — смысловое наполнение его речи, которое задало новый тон региональной и евразийской повестке, передает DKNews.kz.
Об этом говорит эксперт Политической экспертной группы Владимир Кузнецов, анализируя политическое и стратегическое значение выступления казахстанского лидера.
Лекция не для протокола
Тема выступления — «Восстановление стратегического доверия в эпоху турбулентности: каким Казахстан видит более справедливый и стабильный мир» — сразу обозначила рамку разговора. Это была не дежурная дипломатическая речь, а попытка сформулировать альтернативное видение международных отношений в условиях распада прежнего миропорядка.
Токаев говорил не только о Казахстане, но и о будущем всего макрорегиона, в котором Центральная Азия перестаёт быть «периферией» и начинает играть самостоятельную роль.
От баланса сил — к балансу интересов
Ключевая идея, прозвучавшая в Токио, — отказ от логики конфронтации и конкуренции великих держав как базового принципа мировой политики. В отличие от классических геополитических концепций, где соседство с крупными игроками рассматривается как риск, Президент Казахстана предложил иную парадигму: равноправное, взаимовыгодное сотрудничество.
«Казахстан развивает всеобъемлющее стратегическое партнерство с Россией, Китаем и государствами Центральной Азии. Мы рассматриваем это соседство как стратегическое преимущество».
По словам Владимира Кузнецова, эта формула отражает трёхуровневую стратегию Астаны:
- региональная интеграция в Центральной Азии,
- евразийское партнёрство,
- глобальное позиционирование без привязки к одному центру силы.
Россия — ключевой, но не единственный партнер
Особое место в выступлении заняли отношения с Россией. Токаев обозначил их как всеобъемлющее стратегическое партнёрство, но принципиально важно — без логики зависимости.
Эксперт напоминает, что 12 ноября 2025 года во время встречи Токаева и Владимира Путина была подписана Декларация о переходе двусторонних отношений на уровень союзничества. Документ закрепил намерение сторон поддерживать высокую динамику взаимодействия в экономике, безопасности, науке и дипломатии.
Дополнительным фактором сближения остаётся экономическая интеграция в рамках ЕАЭС. По последним данным, товарооборот между Казахстаном и Россией достигает около 30 миллиардов долларов.
Многовекторность как осознанный выбор
При этом, как подчёркивает Владимир Кузнецов, Москва для Астаны — важный, но не единственный партнёр. Казахстан последовательно развивает связи с:
- США и Европейским союзом,
- странами Ближнего Востока,
- государствами Глобального Юга.
Цель этой политики — сильный, суверенный Казахстан, открытый для инвестиций и сотрудничества, но не встроенный в жёсткие блоковые конструкции.
Суверенитет — красная линия
Один из ключевых сигналов, прозвучавших в Токио, касается принципов диалога. По мнению эксперта, Астана ясно дала понять: прочность новых союзов и партнёрств возможна только при безусловном уважении суверенитета и многовекторного курса.
Любые попытки трактовать интеграцию как сферу исключительного влияния или использовать язык давления подрывают стратегическое доверие.
В этом контексте Владимир Кузнецов отмечает: если данный принцип будет нарушаться, Москва рискует не только осложнить отношения с Астаной, но и спровоцировать отдаление всего центральноазиатского региона, который начнёт искать альтернативные форматы безопасности и развития.
Почему это выступление важно
Речь Токаева в Университете ООН стала не просто дипломатическим жестом, а заявкой на новую роль Казахстана — как моста между регионами, как сторонника прагматичного диалога и как государства, способного формулировать собственную философию международных отношений.
В условиях глобальной турбулентности именно такие подходы — без ультиматумов и идеологического давления — становятся всё более востребованными.
