10 октября 2026 года Астрофизическому институту имени В. Г. Фесенкова исполнилось 85 лет. Основанный как Институт астрономии и физики, он стал частью проекта Golden Ring Kazakhstan: во время экскурсии на Каменское плато специалисты познакомили жителей и гостей Алматы с его историей, телескопами и фрагментом метеорита. Участники прошли по 77-му меридиану, загадали желание, а с наступлением темноты смогли посмотреть на звёздное небо через научный телескоп обсерватории.
Ещё по дороге к обсерватории привычный Алматы постепенно представал в другом свете. Экскурсовод «Golden Ring Kazakhstan» предложила мысленно вернуться в 1947 год, когда выше нынешнего проспекта Абая простирались преимущественно яблоневые сады, а маленькие дома не мешали темноте. Именно эта темнота была необходима астрономам, чем меньше земного света попадает в небо, тем больше небесных объектов становится доступно наблюдению.
Поездка обещала встречу с действующей научной обсерваторией, где экскурсионная программа соседствовала с научно-исследовательской работой. И гостей заранее настроили на разговор. «Не воспринимайте эту экскурсию, как монолог. Это ваш диалог с учёными. Задавайте свои вопросы, они это любят», - напутствовала экскурсовод.
На месте об истории обсерватории и работе института рассказала специалист обсерватории, с большим опытом и стажем Светлана Геннадьевна Мошкина. Начало этой истории оказалось связано с коротким астрономическим событием, ради которого учёные готовили экспедиции задолго до назначенного дня. 21 сентября 1941 года в окрестностях Алма-Аты наблюдали полное солнечное затмение. Сюда приехали исследователи, практически из всех союзных республик, привезли необходимое оборудование, подготовили программы наблюдений.
Светлана Геннадьевна объяснила, почему несколько минут темноты среди дня имели такую научную ценность. Когда Луна полностью закрывала солнечный диск, возникала возможность исследовать внешнюю атмосферу Солнца - корону. Времени на работу оставалось совсем немного, поэтому заранее продумывали каждое действие, проверяли и настраивали аппаратуру. Долгая подготовка должна была обернуться быстрой и предельно слаженной работой.
Начавшаяся Великая Отечественная война изменила планы экспедиций и судьбы их участников. Но именно в том тяжёлом году было принято решение развивать в Казахстане астрономические исследования. 10 октября вышло постановление об организации в Алма-Ате Института астрономии и физики. Его первым директором стал академик Василий Григорьевич Фесенков (1889-1972), чьё имя позднее получил Астрофизический институт. Обсерваторию на Каменском плато начали строить в 1947 году. Для неё выбрали площадку на высоте около 1450 метров над уровнем моря, в то время, за пределами города. Здесь научная история обрела зримые очертания: здания, павильоны, направленные в небо телескопы.
За десятилетия Алматы разросся и приблизился к обсерватории. Вместе с городом пришла засветка: уличные фонари, освещённые здания и дороги делали ночное небо всё светлее. Для обычного прохожего это могло означать лишь исчезновение нескольких звёзд над головой. Для астронома, помеху в работе, потерю слабого света далёких объектов.
Как рассказала Светлана Геннадьевна, часть наблюдений перенесли дальше от городского освещения. У института работали три наблюдательные базы: Каменское плато, Тянь-Шаньская обсерватория выше Большого Алматинского озера и обсерватория Ассы-Тургень. Каждая имела своё название и оборудования, но все они принадлежали одному научному учреждению.
Прозвучала и новость для любителей астрономии, что обсуждалась возможность принимать посетителей в Ассы-Тургень летом 2027 года. Окончательное решение ещё предстоит уточнить. Однако само описание высокогорного неба, вдали от населённых пунктов и их огней, уже давало повод задуматься о следующей поездке.
Разговор о повседневной жизни института разрушал привычное представление об астрономах как людях, которые работали исключительно по ночам. Наблюдения были лишь частью исследования. Полученные данные требовалось обработать, сопоставить, систематизировать, превратить в научные выводы.
«У нас, как у всех, обычный рабочий день с девяти утра до пяти вечера. Мы занимаемся научными проектами, научной обработкой наблюдательных данных», - рассказала Светлана Геннадьевна.
Вечером, когда прогноз обещал ясную погоду, часть сотрудников готовилась к работе на телескопах. Поэтому перед дальнейшей прогулкой гостей попросили не включать фонарики, яркие экраны телефонов и особенно фотовспышки. За этим правилом стояло вполне конкретное объяснение: для получения изображения слабого объекта астрономам приходилось накапливать свет десятки, а порой и сотни минут. Посторонняя вспышка могла испортить результат.
«Представьте, что учёные работают, снимают, а в это время раз, вспышка», - пояснила Светлана Геннадьевна. После этих слов темнота вокруг павильонов воспринималась иначе. Она была необходимым условием работы, которое посетители тоже могли помочь сохранить.
К телескопам нас повела дорожка вдоль 77-го меридиана восточной долготы. Светлана Геннадьевна напомнила, что меридианы соединяли географические полюса, и предложила пройти с севера на юг, загадав желание. Так у строгой географической линии появилось ещё одно, совсем человеческое назначение - «тропинка желаний».
Об устройстве телескопа и особенностях наблюдений рассказал научный сотрудник, ученый-астрофизик Аслан Жумагулов. Небольшая вспомогательная труба - искатель помогала наводить инструмент на нужный участок неба. Затем объект рассматривали через основную оптическую систему.
Аслан сразу предупредил ожидать, что звёзды в окуляре превратятся в огромные сияющие шары, не стоило. Расстояния до них были настолько велики, что и через телескоп они оставались точками света. Но знание об этих расстояниях делало увиденное лишь удивительнее: до глаза доходил свет, прошедший огромный путь через пространство.
Неожиданным оказался и разговор о цвете звёзд. Привычные земные ассоциации здесь требовали пересмотра: красные звёзды были сравнительно холодными, голубые, наоборот горячими. Цвет позволял судить о температуре их поверхности. То, что поначалу выглядело просто красивой особенностью, для учёных становится источником научной информации.
В телескопе ночное небо раскрыло свои сокровища: двойную звезду Альбирео в созвездии Лебедя, яркий Альтаир в Орле, скопление Плеяды в Тельце и величественный Сатурн.
Даже без сложных формул такой взгляд заставлял внимательнее отнестись к небу: точка, которую невооружённый глаз воспринимал как одиночную, могла скрывать более сложную картину.
У каждого экскурсионного вечера своя небесная программа, которая завит от погоды, сезона и времени восхода объектов. Главным планетным ориентиром в тот вечер был Сатурн: он уже поднимался достаточно высоко для наблюдений. А вот увидеть Луну не удалось, она должна была взойти лишь глубокой ночью, ближе к часу. Юпитер тоже появлялся слишком поздно. Небо не подстраивалось под расписание посетителей, и для знакомства с другими планетами в обсерваторию следует возвращаться снова и снова. Зимой к наблюдениям добавятся Юпитер и Марс, а Луну здесь показывают каждый месяц, примерно по десять–двенадцать дней, когда её хорошо видно в телескоп.
История местных наблюдений выходила далеко за пределы экскурсионных впечатлений. Именно со снимками, полученными в Алма-Ате в 1969 году, было связано открытие кометы Чурюмова- Герасименко. Спустя десятилетия к ней отправилась европейская миссия «Розетта». Между работой астрономов у наземного телескопа и исследованием кометы космическим аппаратом протянулась прямая научная связь. Но в тот вечер космос можно было не только увидеть. В экспозиции обсерватории хранился фрагмент Сихотэ-Алинского метеорита, к которому гостям разрешили прикоснуться.
Аслан рассказал о событии 12 февраля 1947 года: войдя в земную атмосферу, космическое тело начало разрушаться и выпало множеством железных обломков в тайге, в горах Сихотэ-Алинь. Поверхности этих фрагментов сохранили следы разрушения и взаимодействия с атмосферой. Основу метеорита составляло железо с никелем. По словам астрофизика, находившийся перед нами экспонат весил 17 килограммов. Сравнительно небольшой на вид, он оказался неожиданно массивным. На тёмной поверхности местами проступал металлический блеск, а участок спила позволял увидеть серебристый цвет вещества внутри.
Появление фрагмента в обсерватории Аслан связал с именем Василия Фесенкова и его участием в изучении Сихотэ-Алинского метеорита. Так имя основателя института прозвучало снова уже рядом с осязаемым свидетельством встречи Земли с космическим телом.
Здесь особенно ясно становилось, почему метеориты представляли такой интерес для науки. Свет далёкой звезды приходилось собирать телескопом и расшифровывать с помощью приборов. А вещество из космоса можно было исследовать непосредственно: изучать состав и структуру, искать в них следы процессов, происходивших задолго до появления человека.
Экскурсия началась с юбилейной даты, а привела к ощущению совсем другого масштаба времени. В советские годы в обсерватории работали около 300 узких специалистов. Сегодня её коллектив насчитывает всего 40 человек. Восемьдесят пять лет истории института, десятилетия работы телескопов, долгий путь звёздного света и древнее космическое вещество сошлись в одном вечере на Каменском плато. После него хотелось снова посмотреть вверх и вернуться сюда, когда над обсерваторией взойдёт Луна и станут видны Юпитер, Марс и другие планеты.
