Процедура банкротства в Казахстане перестаёт быть удобной лазейкой для ухода от долгов. В последние годы всё больше компаний и их руководителей сталкиваются с реальными последствиями преднамеренного банкротства — от многомиллионных взысканий до уголовных дел, передает DKNews.kz.
Об этом сообщили в Департамент государственных доходов по Мангистауской области, отметив рост выявленных случаев, когда бизнес сознательно доводят до банкротства через суд.
Что считается преднамеренным банкротством
Понятие закреплено в Законе Республики Казахстан «О реабилитации и банкротстве». Речь идёт об умышленных действиях учредителей, должностных лиц или индивидуальных предпринимателей, направленных на уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами — чаще всего через вывод или сокрытие имущества.
На практике признаки таких схем хорошо известны:
- заключение заведомо невыгодных или фиктивных сделок;
- вывод активов и денежных средств;
- отказ от взыскания дебиторской задолженности;
- сокрытие или передача имущества третьим лицам;
- искусственное наращивание долгов;
- разрушение системы управления и бухгалтерского учёта.
Ответственность — личная и реальная
Ключевой момент: если суд устанавливает факт преднамеренного банкротства, ответственность становится персональной. Учредителей и руководителей могут привлечь к субсидиарной ответственности — то есть долги компании взыскиваются уже из их личных средств.
Причём ответственность не исчезает даже после завершения процедуры банкротства. Если по итогам административного или уголовного расследования вина доказана, требования кредиторов могут быть восстановлены уже постфактум.
Цифры, которые говорят сами за себя
По данным Комитет государственных доходов, только за 2024–2025 годы по стране:
- возбуждено 120 административных производств;
- расследуется более 44 уголовных дел по признакам преднамеренного банкротства.
И это далеко не формальная статистика. Один из показательных примеров — дело в Жамбылской области. В 2024 году бывший директор компании был признан судом виновным в преднамеренном банкротстве, а уже в 2025 году с него взыскали более 45 миллионов тенге в пользу кредиторов — за выведенные со счетов компании средства накануне банкротства.
Подобные решения перестали быть редкостью: только за 2025 год по стране вынесено более 12 аналогичных судебных актов.
Цифровая охота на фиктивные банкротства
Теперь налоговые органы идут дальше. В планах — активное использование автоматизированных инструментов анализа, которые позволят выявлять признаки преднамеренного банкротства ещё на ранних стадиях.
Речь идёт об анализе:
- цепочек сделок;
- связей между компаниями;
- финансового поведения должников;
- движения активов перед банкротством.
Уже начата масштабная автоматизация процедур реабилитации и банкротства. Ожидается, что это повысит качество материалов, направляемых в правоохранительные органы, и приведёт к росту числа обоснованных исков в суд.
Новый сигнал бизнесу
Вывод для предпринимателей предельно ясен: банкротство больше не является щитом от ответственности. Напротив, оно всё чаще становится инструментом восстановления справедливости — с реальными финансовыми и уголовными последствиями для тех, кто пытался обмануть систему.
Сроки давности могут быть продлены, доказательная база — усилена, а персональная ответственность — неизбежна. И это уже не теория, а устойчивая судебная практика.
