Нефть снова дороже $100.
Рынок все меньше верит, что перебои с поставками из Персидского залива окажутся краткосрочными, а новая волна атак на суда усилила страх перед более глубоким дефицитом, передает DKNews.kz.
В четверг фьючерсы на Brent торговались около $101,6 за баррель, продолжив рост после прорыва психологически важной отметки $100. Нефть вернулась выше этого уровня впервые с конца июля, следует из данных Reuters.
Через Ормуз прошли всего семь судов
Главный сигнал для рынка сейчас приходит не с торговых площадок, а из Ормузского пролива.
В среду через него прошли только семь отслеживаемых товарных судов. Днем ранее их было 12, а средний показатель за предыдущие десять дней составлял 14.
Из семи судов четыре покинули пролив и три вошли в него. Среди вышедших был крупный нефтяной танкер Finland Prosperity, перевозивший почти 2 млн баррелей сырой нефти. При этом ни одного танкера с СПГ на выходе из пролива зафиксировано не было, показывают данные о судоходстве через Ормуз.
Картина может быть неполной: часть судов проходит маршрут с отключенными транспондерами. Но даже с учетом таких перевозок объемы остаются значительно ниже довоенных.
Треть нефтяных потоков из Персидского залива исчезла
Проблема для рынка заключается уже не только в количестве видимых танкеров.
По оценке Reuters, нефтяной экспорт из стран Персидского залива сейчас составляет примерно две трети от уровня до начала войны, даже если учитывать так называемые «темные переходы», когда суда отключают системы отслеживания.
В последние периоды из региона вывозилось около 15–16 млн баррелей нефти в сутки, тогда как до конфликта объемы были существенно выше. По оценке Vortexa, только в августе экспорт оставался примерно на 10 млн баррелей в сутки ниже довоенного уровня.
За последние три месяца нефти стоимостью не менее $40 млрд могли перевезти скрытно, подсчитал Reuters при анализе «темных» перевозок.
Для трейдеров это означает одну неприятную вещь: даже альтернативные схемы поставок пока не возвращают на рынок прежние объемы.
Атаки на танкеры изменили восприятие риска
Новая волна эскалации стала крупнейшей для коммерческого судоходства за шесть месяцев конфликта.
Иран заявил, что атаковал 10 судов возле Ормузского пролива после того, как США потопили пять иранских нефтяных танкеров. Одновременно участились атаки хуситов на объекты в Саудовской Аравии.
Риск поэтому распространяется уже за пределы самого Ормузского пролива. Под угрозой оказываются нефтяная инфраструктура и маршруты, которые должны были частично компенсировать сокращение перевозок через Персидский залив.
До войны через Ормуз проходило около пятой части мировых поставок нефти и газа, поэтому любое дополнительное сокращение трафика быстро отражается на глобальных котировках.
Резервы рынка становятся меньше
Еще несколько месяцев назад рост цен ограничивали три фактора: альтернативные маршруты экспорта, государственные нефтяные резервы и слабый спрос в отдельных крупных экономиках.
Теперь эта страховка работает хуже.
Мировые нефтяные запасы сокращаются, а Управление энергетической информации США повысило прогноз средней цены Brent на 2026 год до $91 за баррель. По его оценке, мировые запасы нефти за год сократились примерно на 400 млн баррелей.
При этом значительная часть производственных мощностей на Ближнем Востоке остается недоступной. В августе объем вынужденного сокращения производства достигал 6,7 млн баррелей в сутки, сообщает Reuters со ссылкой на прогноз EIA.
Чем меньше запасов остается в системе, тем сильнее рынок реагирует на новую атаку, повреждение инфраструктуры или очередное снижение числа проходящих танкеров.
Нефть выше $100 усиливает инфляционное давление
Цена Brent уже перестает быть исключительно биржевой историей.
Дорогая нефть повышает стоимость топлива и перевозок, а затем проникает в цены товаров и услуг. Инвесторы одновременно начинают учитывать риск более высокой инфляции и более жесткой денежно-кредитной политики.
Рост Brent выше $100 уже нервирует мировые фондовые рынки. Инвесторы следят за инфляционными данными и пытаются понять, придется ли крупным центробанкам дольше удерживать высокие процентные ставки.
Именно устойчивость нефтяного ралли, а не однодневный скачок, становится главным риском для экономики.
Что означает Brent выше $100 для Казахстана
Для Казахстана высокая мировая цена нефти прежде всего создает более благоприятную ценовую среду для нефтяного экспорта.
Страна входит в ОПЕК+ и обеспечивает около 2% мировой добычи нефти, поэтому изменение котировок Brent напрямую влияет на стоимость экспортируемого сырья.
При этом высокий Brent имеет и обратную сторону. Чем дольше нефть остается дорогой, тем сильнее внешнее инфляционное давление через глобальные цены на энергию, транспорт и импортные товары.
Ситуация особенно чувствительна на фоне того, что Казахстану самому приходится учитывать риски для собственных экспортных маршрутов. Международное энергетическое агентство ранее относило сокращение поставок казахстанской нефти через систему КТК к факторам, усиливающим глобальный дефицит.
Рынок теперь смотрит не только на $100
Преодоление $100 оказалось важным психологическим рубежом, но для нефтяного рынка сейчас гораздо важнее физические поставки.
Если трафик через Ормуз продолжит сокращаться или атаки затронут крупную энергетическую инфраструктуру, давление на Brent сохранится. Если же судоходство начнет стабильно восстанавливаться, часть геополитической премии может уйти из цены.
Пока этого не произошло.
Brent с начала августа прибавила почти 30%, а рынок фактически начал закладывать в котировки более продолжительный конфликт и длительные ограничения поставок.
Ранее мы уже писали о том, как Brent вплотную приблизилась к $100 на фоне резкого сокращения движения через Ормуз. Теперь рынок сделал следующий шаг: нефть преодолела эту отметку, а число проходящих через пролив судов снова опустилось до однозначного значения.
