Казахстанская трансплантология уверенно выходит на качественно новый уровень: в стране растет число успешных операций, а историческая пересадка сердца 15-летнему подростку показала, что отечественная медицина готова к самым сложным вызовам. Заявленный Президентом курс на развитие высокотехнологичной медицинской помощи приносит реальные плоды, даря надежду тысячам пациентов в листе ожидания. О том, как внедрение новых стандартов, подготовка специалистов и постепенное изменение отношения общества открывают новые возможности для спасения жизней, рассказал директор Республиканского центра по координации трансплантации и высокотехнологичных медицинских услуг МЗ РК Айдар Ситказинов.
— Сегодня в листе ожидания трансплантации органов находятся 4 739 казахстанцев, из них 125 — дети. Какие изменения в отечественной трансплантологии позволяют надеяться, что этот список будет сокращаться?
Три главных фактора, дающих основания для надежды:
— Рост числа посмертных доноров. Если в 2024 году было 6 посмертных доноров, то в 2025 году их число возросло до 18 — рост более чем в три раза. За первое полугодие 2026 года выявлено 108 потенциальных посмертных доноров, и в 8 случаях родственники дали согласие, благодаря чему проведено 30 трансплантаций, то есть спасены 30 жизней.
— Превентивная работа и роль нефрологов. Почечная недостаточность — это причина почти 90% случаев в листе ожидания. Если нефролог выявляет хроническую болезнь почек на ранней стадии, до диализа, можно годами замедлять ее прогрессирование терапией и контролем давления и диабета.
— Изменение отношения общества. Свою позицию относительно посмертного донорства через eGov выразили уже 172 283 казахстанца, из них согласие дали 16 109 человек. Отказов пока больше, но сам факт, что люди осознанно фиксируют волю — это прогресс. Еще несколько лет назад тема почти не обсуждалась публично. Каждый публичный случай, как недавняя пересадка сердца подростку в Астане, работает на изменение отношения лучше всего.
Список не сократится за один год, слишком велика инерция хронических заболеваний почек. Но траектория идет вверх по числу доноров, а значит, есть надежда, что очередь постепенно будет сокращаться.
— За последние пять лет в Казахстане выполнено около 1 500 трансплантаций органов, причем каждая четвертая операция пришлась на 2025 год. Что стало главным фактором такого роста — технологии, подготовка специалистов или развитие медицинской инфраструктуры?
— Искать один-единственный фактор было бы неправильно, сработали сразу несколько составляющих:
— Подготовка специалистов и организационная система. Трансплантация начинается не в операционной, а с того, что консилиум врачей строго по протоколу в обычной больнице устанавливает смерть головного мозга и только после этого вызывает трансплант-координатора. За последние два года обучение прошли около 500 медицинских специалистов, именно это позволило системе своевременно проходить весь протокол и выявлять потенциальных доноров. Поэтому рост потенциальных доноров с 49 в 2023 году до 86 в 2024 и до 186 в 2025 — это в первую очередь результат работы с людьми и процессами.
— Развитие инфраструктуры. Система трансплантации сегодня действует во всех 20 регионах Казахстана, работают свыше 40 донорских организаций и 11 специализированных центров. Раньше донорство было сконцентрировано в нескольких крупных городах, и регионы фактически выпадали из процесса.
Главным фактором стала человеческая и организационная составляющая: обученные координаторы и региональная сеть довели цепочку «согласие семьи -> диагностика -> изъятие -> трансплантация» до конца там, где раньше она обрывалась. Технологии создали условия, но именно люди на местах превратили рост согласий в реальные операции.
— В этом году в Казахстане впервые успешно пересадили сердце ребенку. Насколько это событие можно назвать историческим для отечественной медицины и какие новые возможности оно открывает?
— В Центре сердца University Medical Center в Астане в ночь с 27 на 28 марта 2026 года впервые провели трансплантацию сердца несовершеннолетнему пациенту — 15-летнему подростку, который с 10 лет страдал тяжелым заболеванием сердца, требовавшим постоянных госпитализаций.
Историчность здесь не громкое слово: до этого в стране вообще не делали пересадок сердца детям, поскольку подобрать такой орган ребенку крайне сложно. По закону посмертными донорами могут быть только совершеннолетние, а для пересадки сердца важно совпадение не только группы крови, но и роста, и веса донора с реципиентом.
Это открывает конкретные возможности:
- Теперь есть отработанный протокол подбора донора «взрослый — ребенок» и хирургическая практика трансплантации именно на детском организме.
- Это прямо касается детей в листе ожидания. Сегодня трансплантации органов ждут 125 несовершеннолетних пациентов, из них 7 нуждаются именно в пересадке сердца, и для этих семерых детей и их семей операция превратилась из теоретической возможности в реальный, проверенный на практике путь.
- Это сигнал системе в целом: если удалось запустить самый сложный сегмент — детскую кардиотрансплантацию, значит инфраструктура, координация и квалификация специалистов в стране вышли на уровень, где становится по силам развивать и другие направления детской трансплантологии.
— Около 90% трансплантаций в Казахстане проводятся от живых родственных доноров, тогда как посмертное донорство составляет менее 10%. Что необходимо сделать, чтобы система развивалась более сбалансировано?
— Родственное донорство в Казахстане развивается во многом как вынужденная мера: посмертного донора можно просто не дождаться, особенно это касается пациентов с почечной недостаточностью, которых в листе ожидания подавляющее большинство, а лечение за рубежом на платной основе доступно далеко не каждой семье. Поэтому люди идут на риск для себя и отдают почку близкому человеку не потому, что это предпочтительный путь, а потому что альтернативы часто просто нет.
Поэтому самый весомый рычаг здесь — доверие общества к системе посмертного донорства. Пока люди боятся и не доверяют, отказов будет в разы больше согласий, а родственное донорство останется основной, вынужденной мерой. Здесь работают публичные истории вроде мартовской пересадки сердца подростку, они показывают, что решение одной семьи в момент трагедии реально спасает чужого ребенка. Без роста доверия и прозрачности процесса баланс не сдвинется, сколько бы координаторов и центров мы ни готовили.
— Через портал eGov свою позицию по посмертному донорству уже выразили более 172 тысяч человек, однако согласие дали чуть более 16 тысяч. Какие шаги помогут повысить доверие общества к системе донорства?
— Прежде всего — прозрачность самого процесса: людям важно понимать, что решение о смерти мозга принимается независимой врачебной комиссией, а не той же командой, что заинтересована в изъятии органов, и что согласие семьи всегда остается решающим.
Важно понимать: доступ к волеизъявлению умершего человека имеет крайне ограниченный круг лиц — не лечащие врачи, а только трансплант-координаторы, и заранее, до наступления смерти, никто не знает о позиции конкретного человека по этому вопросу.
Решение о лечении пациента и решение о возможности донорства — это два абсолютно независимых процесса, которые четко разделены законодательством и медицинскими протоколами:
— Во-первых, врачи, оказывающие медицинскую помощь пациенту, не имеют доступа к информации о его волеизъявлении относительно посмертного донорства. Их единственная задача — сделать все возможное для спасения жизни пациента. Лечение проводится в полном объеме, независимо от наличия или отсутствия согласия на донорство.
— Во-вторых, вопрос о возможности донорства рассматривается только после официальной констатации смерти головного мозга, которая устанавливается в строгом соответствии с законодательством Республики Казахстан. Диагноз подтверждается специальной врачебной комиссией по утвержденному алгоритму.
Только после завершения этой процедуры трансплантационные координаторы проверяют наличие волеизъявления гражданина в информационной системе.
Лечащие врачи не входят в состав команды, занимающейся организацией донорства и трансплантации, что полностью исключает конфликт интересов. Это международный принцип, который применяется во всех странах с развитой системой трансплантации.
Не менее важны открытые, честные истории пациентов и доноров, как было с мартовской пересадкой сердца подростку. Просвещение должно идти через врачей первичного звена, имамов, священнослужителей, преподавателей вузов, а также блогеров, инфлюенсеров, журналистов и медийных личностей — людей, которым доверяют и к чьему мнению прислушиваются. Доверие формируется через регулярный, спокойный разговор. Чем выше такое доверие, тем больше будет осознанных согласий через eGov.
— Президент Касым-Жомарт Токаев неоднократно подчеркивал, что развитие высокотехнологичной медицины — один из приоритетов государственной политики. Какие достижения казахстанской трансплантологии сегодня уже подтверждают, что страна движется в этом направлении, и каких результатов вы ожидаете в ближайшие годы?
— Президент отмечал последовательное развитие трансплантации органов в стране и высокий профессиональный уровень отечественных врачей, и цифры это подтверждают: за последние пять лет выполнено около 1 500 трансплантаций, причем каждая четвертая операция пришлась на 2025 год.
Отдельное достижение — впервые проведенная в марте пересадка сердца подростку, ранее считавшаяся для казахстанской медицины почти недостижимой задачей. Также растет число посмертных доноров — с 6 в 2024 году до 18 в 2025 году. Все это доказывает, что отечественная трансплантология переходит от единичных сложных операций к системной и устойчивой работе.
