Да, такими словами можно характеризовать старшего прапорщика в отставке Нурлана Рахимжанова, если послушать его рассказы про свою службу. Так что приглашаем вас, уважаемые читатели, на интервью с ветераном войск правопорядка Нурланом Булановичем.
- Господин старший прапорщик, начнем разговор с Вашей биографии.
- Биография у меня простая. Живу я в Усть-Каменогорске с супругой Камилей, сыном Маликом и дочерью Мадиной. Родился я 31 марта 1957 года в городе Зайсан Восточно-Казахстанской области и вырос в обычной семье. Мама, Факиха Хайрулловна (1934 года рождения) и отец, Булан Габзулбарович (1932 г.р.), к сожалению, рано ушли из жизни. Учился я в средней школе имени М. Ломоносова, увлекался историей, литературой, много читал про Великую Отечественную войну. Из видов спорта больше всего меня увлек футбол. После школы закончил местное ПТУ по специальности: тракторист-комбайнер. 1 мая 1975 года был призван в ряды Советской Армии. Служил в Алма-Ате, в комендатуре, которая охраняла Штаб Краснознаменного Среднеазиатского военного округа, которым командовал генерал армии Николай Лященко. Его заместителем был генерал-майор Сагадат Нурмаганбетов. Оба генерала - Герои Советского Союза.
А можно я сразу расскажу о двух интересных случаях из солдатской службы?
- Да, ведь эпизоды из жизни всегда интересны.
- Первый случай связан с нашим казахстанским генералом. Мне и моему другу Гайворонскому, повезло поближе познакомиться с легендарной личностью. В тот день мы вдвоем, как положено несли службу на КПП, а генерал-майор Нурмаганбетов был ответственным по штабу округа. Это был 1 января, Новый год только наступил. Помню, было всего шесть часов утра, как на КПП пришел генерал с целью проверить, как мы несем службу.
Сержант Гайворонский доложил обстановку, и тут я решил воспользоваться случаем и напрямую спросил, за что проверяющий получил высокое звание Героя. Сагадат Кожахметович улыбнулся: «За Днепр» и тут же попросил чаю. Мы с удовольствием угостили и стали слушать генерала. Оказывается, когда он был командиром штурмовой роты. Получив приказ взять плацдарм на левом берегу Днепра, рота сумела даже расширить отвоеванную территорию. Но после жестокого боя с врагом от роты осталось всего семь человек. За этот бой Сагадат-ага и получил позже звание Героя Советского Союза.
Теперь перейду ко второму случаю, когда мы девушку спасли. В тот день я и Гайворонский были в увольнении. Увольнительную нам предоставили до 24.00. Однако время прогулки по южной столице пролетело очень быстро, и возле парка имени Джамбула стрелки часов угрожающе показали – 23:30. Мы помчались прямиком через парк, чтобы успеть на последний трамвай.
Однако во время «олимпийского» забега мы вдруг услышали крик девушки и тут же рванули на звук. Вскоре увидели, что на лежащей на земле девушке сидел парень и рвал платье. За доли секунды мы скинули насильника, который тут же бросился наутек, но нам некогда было догонять его. Девушка очень сильно плакала, ее в буквальном смысле трясло. Я надел на нее свой китель, так как платье было все изорвано. Мы узнали, что ее зовут Татьяна и она, засидевшись в гостях у подруги, поспешила на последний трамвай. А в парке на нее напал неизвестный мужчина и попытался изнасиловать.
Узнав, что Таня живет в районе Алма-Ата-1 и понимая, что мы все трое опоздали на трамвай, мы решили ее сами доставить домой. Оставив Василия с девушкой, я устремился ловить такси. Но остановленный мною водитель посетовал, что он после отработки возвращается в таксопарк. Пришлось объяснять обстановку, и тут как раз подошел Гайворонский с девчонкой. Увидев ее заплаканный вид, водитель сказал, что у него самого дочь и ей всего 17 лет. Узнав адрес девушки, а также узнав, что мы служим в штабе округа, мужчина решил нас всех довезти бесплатно.
Когда мы приехали к Татьяне домой, она убежала и вместо нее из дома вышла ее мама, вернула китель, и таксист отвез нас в штаб округа в час ночи. Когда мы зашли в казарму, нас встретил командир роты. За опоздание с увольнения капитан Соболев объявил нам три наряда вне очереди. Мы не стали докладывать, что спасли девушку от насильника.
После этого события прошла неделя и в субботу, когда я сменился с дежурства и отдыхал, в девять часов утра меня разбудил Гайворонский: «Нас командир вызывает». В канцелярию мы увидели родителей Тани, которые пришли нас отблагодарить. Конечно, нам было очень приятно, что мама и папа девушки не забыли нас, да и самое главное – их дочь была спасена.
- Нурлан Буланович, а был ли случай, когда Вам удалось поймать преступника?
- Да, был такой эпизод правда, я не сам лично поймал нарушителя, но принял активное участие. Помню, как обычный распорядок жизни во время дежурства вдруг нарушил неизвестный гражданин, сжимавший в руках окровавленный топор и орущий, что кого-то убил. Гайворонский закрыл КПП, а я побежал в сторону плаца, чтобы вызвать подмогу. Неожиданно мужчина рванул в мою сторону. Когда я стал отходить, из здания, где располагался штаб округа, выбежал дежурный по штабу и ринулся к чужаку. В это же время к нему устремились милиционеры, приехавшие на машине.
Увидев приближающихся к нему сотрудников, парень швырнул топор в сторону и кинулся бежать в сторону забора. Я попытался задержать беглеца, но неудачно – пропустил его удар ногой в грудную клетку и упал. Из рта хлынула кровь и дышать стало очень тяжело. Ко мне подбежал дежурный по штабу округа и повернул меня на бок, чтобы я не захлебнулся кровью, и сказал сержанту Гайворонскому: «Держи его так».
В эти минуты шло задержание незваного гостя. Хотя парень оказал жесткое сопротивление, сотрудникам милиции удалось его скрутить. Потом мы узнали, что задержанный мужчина занимал не маленькую должность и должен был вылететь по делам в Москву. Но рейс отменили, и он, вернувшись домой, застал свою супругу с любовником. Не сдержав гнева, ревнивец убил соперника. Увидев этот ужас, женщина выбежала из дома, опасаясь за свою жизнь. А взбешенный «Отелло» прибежал почему-то к штабу округа.
Почему он прибежал к нам, это уже должно было выяснить следствие. А меня увезли в военный госпиталь, где сделали снимок грудной клетки. Хирург «обрадовал», что у меня трещина грудной клетки, и мне необходимо срочно пройти курс лечения. Да, такое не забудешь. Кстати, я вспомнил еще один эпизод из солдатской юности. Рассказать?
- Чем больше интересных случаев, тем больше Вас запомнят даже самые капризные читатели.
- Я даже дату того эпизода помню – 29 апреля 1977 года, когда я и Василий Гайворонский находились на службе на КПП у главного входа Штаба округа. Наступил обеденный перерыв, и лица командования направились в столовую. И в этот момент Вася заметил чужого мужчину, спрятавшегося в кустах и фотографировавшего наш командный состав. Я в это время стоял спиной к чужаку, поэтому напарник попросил меня не поворачиваться, чтобы не спугнуть «гостя». Тогда я сказал, что обойду фотографа и постараюсь его задержать, а напарник должен позвонить начальнику особого отдела. Так мы и сделали. Я вышел с КПП, пошел в сторону офицерской столовой, перелез через забор, перебежал дорогу и двинулся по тротуару к нарушителю, чтобы подойти к нему сзади. Мужчина сидел в кустах и продолжать успешно фотографировать, ведь территория штаба хорошо просматривалась.
Я тихо подошел сзади и хлопнул по спине гражданина, который резко повернулся ко мне, держа в руках маленький предмет. Мне удалось эту вещь резко выхватить из его рук, и я стал отходить назад. Мужчина двинулся в мою сторону и стал просить вернуть «зажигалку». В доказательство своей версии он вытащил из кармана сигарету. Он еще раз попросил: «Дай зажигалку, я хочу прикурить». Тогда я приказал ему: «Стой на месте».
Расстояние между нами было несколько метров, так как я старался не подпускать его близко к себе. В это время в нашу сторону уже бежали особисты и сержант Гайворонский. Они скрутили «гостя» и стали его обыскивать. Выяснилось, что «зажигалка» — это миниатюрный фотоаппарат. Меня похвалили, а задержанного «фотографа» увели в штаб для дальнейших разбирательств. Но это, конечно же, редкий случай. Обычно наше дежурство шло без происшествий.
- Как дальше сложилась Ваша биография?
- Отслужив срочную, не стал долго отдыхать и в августе 1977 ушел служить в воинскую часть 6638, в 1 роту. Так я стал военнослужащим по контракту. Новый период жизни начал со звания младшего сержанта и с должности контролера. В 1978 году окончил школу прапорщиков и стал начальником войскового наряда. С погонами прапорщика я нес службу на должности начальника караула.
- Если говорить об этом периоде службы, есть что-то интересное поведать нам?
- Вспоминается эпизод, когда на грани риска удалось управлять очень сложным воинским коллективом. Шел тогда 1983 год. Идя утром мимо плаца, я сразу обратил внимание на несколько необычных военнослужащих, которые стояли с явным нарушением формы одежды. Меня это очень сильно удивило, и я подумал: «Откуда они прибыли». Ответ меня ждал в канцелярии, куда я и зашел. Там находились офицеры, один из которых - капитан Юрий Кузнецов мне сказал: «Принимай пополнение из дисбата». Один из гостей дал подсказку: «На правом фланге рядовой Рустамов, он у них в авторитете».
Бегло просмотрев личные карточки прибывших солдат, я уже прикидывал, как поступить с «подарками». Затем мы все вышли на плац, и командир роты представил меня: «Это ваш командир взвода прапорщик Рахимжанов». Я начал молча ходить вдоль строя и рассматривать новичков. Не выдержав напряжение, бывшие нарушители начали приводить себя в порядок. Увидев это, я молча двинулся в сторону ворот. Солдаты зашумели: «А нам-то что делать». В ответ я им крикнул: «Идите за мной» и тогда рядовой Рустамов скомандовал: «Взвод смирно, напра-во, шагом марш». Когда вышли за ворота, я крикнул: «Не слышу песни». Они запели «Мурку». Конечно же, я не ожидал такую песню, но прерывать пение не стал. Когда я привел личный состав в мастерскую ИТСО, то обрадовал их: «Здесь будете жить». А про себя подумал, что самое главное – пусть солдаты думают, что им доверяю.
Два дня я занимался своими необходимыми делами по службе, особо не вмешиваясь в жизнь новичков, дав им время на адаптацию. Доверие к солдатам дало позитивный результат, который удивил абсолютно всех. Когда вместе с командиром роты мы решили подробно рассмотреть солдатский быт, то испытали шок. Все в новом обмундировании (форма, сапоги, пилотки, ремни), подстрижены, подтянуты. Мастерская, ставшая их домом, покрашена, побелена. Все вокруг новое: кровати и даже кружки. Телевизор, холодильник, электроплита, душевая и шторы на окнах висят новые. Не казарма, а гостиница.
Рядовой Рустамов пригласил нас за стол, на котором красовались чай, печенье, конфеты. В это время подошли командир воинской части 6638 полковник Федор Иванович Шевченко, подполковник Любик Васильевич Чикинов и начальник штаба майор Борис Алексеевич Цхай. Федор Иванович похвалил: «Молодцы, порядок, чистота, уют». Затем полковник побеседовал с каждым солдатом по отдельности. Закончив беседовать, командир части пообещал солдатам: «Если вы также будете служить без замечаний, то в этом году уйдете домой без задержки». Услышав это, военнослужащие пообещали: «Даем слово!». Затем Федор Иванович спросил: «У кого какие вопросы?». Услышав мою просьбу о том, чтобы солдат лишний раз не беспокоили не по делу, он сказал своим: «Ну, что уважим просьбу». Затем полковник дал наказ нам, офицерам и прапорщикам: «Надо беседовать с личным составом, быть ближе к солдатам, создавать уют».
А через месяц в наш полк в гости пожаловал Начальник Управления внутренних войск МВД СССР по Казахской и Киргизской ССР. Генерал-майор Ананий Паридуха прибыл с проверкой, и мы, командиры подразделений получили приказ готовиться к строевому смотру. Нам повезло, что рядовой Аубакиров сочинил целых три новых строевых песни, которые солдаты выучили наизусть, причем автор еще был и запевалой.
И вот наступил решающий день. Весь личный состав нашей воинской части застыл перед трибуной, за которой стояли Ананий Мефодьевич, Федор Иванович и другие офицеры. Когда очередь дошла до нас, все взгляды устремились на наш взвод. Наши солдаты настолько красиво прошлись с песней по плацу, что нам приказали еще раз пройти. Когда мы заняли свой левый фланг общего строя, генерал дал команду вывести взвод и построиться перед Командующим. Затем Паридуха похвалил солдат за отличную выправку, строевую подготовку и объявил благодарность личному составу и командирам подразделений. Узнав от полковника об истории и успехах взвода, генерал объявил, что за отличную подготовку солдаты будут поощрены увольнением в запас уже в октябре. Генерал и полковник сдержали слово. Вывод из этой истории простой – любой человек может из нарушителя стать отличником боевой службы, если сам этого сильно желает, и командиры правильно помогут.
- Да, Ваши рассказы весьма интересны. Вам бы мемуары писать. Желаем Вам и Вашей семье крепкого здоровья и счастливой жизни!
- И Вам спасибо за внимание к нам, ветеранам, живущим в регионах!
Алтай Сиырбаев
