В деле Санжара Бокаева появились новые свидетельские показания. В Алмалинском районном суде Алматы продолжают выяснять, почему для организации одного автопробега в 2018 году были привлечены две компании — We Can и BM Trust. Как сообщает Kazinform о ходе судебного процесса, договоры с этими подрядчиками стали одним из центральных эпизодов уголовного дела, передает DKNews.kz.
Новые показания касаются двух вопросов: кто фактически организовывал мероприятие и на что могли расходоваться деньги, перечисленные второй компании. Гособвинение рассматривает эти обстоятельства как часть предполагаемой схемы хищения профсоюзных средств.
Кто на самом деле организовывал автопробег
В суде дал показания Талгат Арыстанбаев, занимавший в 2018 году должность директора департамента корпоративного развития и управления активами ТОО «КазТрансГаз Өнімдері».
По словам свидетеля, непосредственной организацией автопробега занималась компания We Can, которую представляла директор Жулдыз Артыкбаева.
Арыстанбаев сообщил, что с Артыкбаевой его лично познакомил Санжар Бокаев. В дальнейшем рабочее взаимодействие по подготовке мероприятия происходило именно с We Can.
При этом свидетель заявил, что ему неизвестна компания BM Trust — второй подрядчик, фигурирующий в договорах на организацию того же автопробега.
Арыстанбаев также не смог вспомнить, чтобы Мадияр Калменов, племянник Бокаева и представитель BM Trust, участвовал в рабочих совещаниях по подготовке мероприятия.
Почему в деле фигурируют два подрядчика
По версии государственного обвинения, фактическую работу по организации автопробега выполняла We Can, тогда как BM Trust могла использоваться для вывода части профсоюзных средств.
Показания Арыстанбаева имеют значение именно для проверки этой версии. Свидетель подтвердил рабочие контакты с одним подрядчиком, но не смог назвать обстоятельства участия второго.
Однако отсутствие у свидетеля информации о деятельности BM Trust само по себе не доказывает, что компания не выполняла никаких обязательств. Суду предстоит сопоставить эти сведения с договорами, актами выполненных работ, финансовыми документами и другими доказательствами.
Ранее в ходе разбирательства также обсуждалось, кто предложил профсоюзному комитету привлечь обе организации и каким образом согласовывались соответствующие договоры.
Станок за 500 тысяч теңге: о чём рассказала свидетельница
Другой эпизод судебного заседания связан с расходованием средств BM Trust.
Свидетельница Аида Нарышкина сообщила, что продала этой компании ручной вальцовочный станок марки Stalex стоимостью 500 тысяч теңге.
По представленным сведениям, приобретение такого оборудования не предусматривалось проектно-сметной документацией автопробега.
Этот факт привлёк внимание обвинения, поскольку станок не относится к очевидным расходам на организацию автомобильного мероприятия.
Вместе с тем сам по себе факт покупки оборудования не устанавливает незаконность операции. Для оценки её правомерности необходимо выяснить назначение приобретения, происхождение использованных денег и дальнейшую судьбу станка.
Как покупка оборудования связана с версией следствия
Прокуратура ранее изложила версию, согласно которой часть средств, полученных BM Trust по договорам с профсоюзом, могла использоваться для приобретения оборудования и техники для мебельного бизнеса Санжара Бокаева.
Показания Нарышкиной о продаже станка за 500 тысяч теңге рассматриваются в контексте этого обвинения.
Следствию необходимо доказать не только факт приобретения оборудования, но и связь конкретной покупки с предполагаемым хищением и последующей легализацией денежных средств.
Поэтому ключевое значение имеют банковские операции, документы о приобретении имущества и сведения о его фактическом использовании.
Что уже известно о договорах на автопробег
Финансовый эпизод уголовного дела связан с международным автопробегом автомобилей на газомоторном топливе по маршруту «Западный Китай — Западная Европа» в 2018 году.
В организации мероприятия участвовал профсоюз «КазТрансГаза», заключивший договоры с двумя компаниями.
Ранее в суде бывший юрист «КазТрансГаза» и секретарь профсоюзного комитета Мухтар Амирханов сообщил, что инициатива привлечения We Can и BM Trust исходила от Бокаева.
По версии обвинения, через договоры с подрядчиками могли быть похищены профсоюзные средства. В материалах, ранее озвученных в ходе процесса, фигурировала сумма около 42 млн теңге.
Суд продолжает исследовать, какие работы были предусмотрены каждым договором, кто их выполнял и соответствовали ли произведённые платежи фактическим обязательствам подрядчиков.
Что предстоит установить суду
Санжар Бокаев проходит обвиняемым по уголовному делу, включающему эпизоды предполагаемого мошенничества, легализации преступных доходов и других правонарушений. Среди фигурантов также находятся Мадияр Калменов и Улан Нусипкожа.
Новые показания позволяют подробнее рассмотреть финансовую сторону организации автопробега, однако не означают, что обстоятельства предполагаемого хищения уже доказаны.
Суду предстоит установить, выполняла ли BM Trust реальные работы, на каком основании получала деньги и связаны ли последующие расходы компании с предполагаемыми преступными действиями.
Окончательную правовую оценку доказательствам даст суд. До вступления обвинительного приговора в законную силу действует презумпция невиновности.
Ранее мы рассказывали о показаниях Мухтара Амирханова по делу Бокаева. Тогда в центре внимания оказались выбор подрядчиков для автопробега, порядок согласования договоров и возможное отсутствие обязательной предварительной проверки документов.
