Государственный долг США впервые в истории превысил отметку в $40 трлн. Новый психологический рубеж вновь обострил дискуссию о способности крупнейшей экономики мира контролировать бюджетные дефициты и стоимость своих заимствований. Однако значение этой цифры выходит далеко за пределы Соединенных Штатов: американские казначейские облигации остаются одним из фундаментальных активов мировой финансовой системы, а доллар - главной резервной валютой. Поэтому растущая долговая нагрузка Вашингтона становится вопросом уже не только американской бюджетной политики.
Исторический рубеж
По данным Министерства финансов США, совокупный государственный долг страны достиг примерно $40,047 трлн. Из этой суммы около $32,266 трлн приходится на долг, находящийся у инвесторов и других держателей вне федерального правительства, еще порядка $7,8 трлн составляют внутригосударственные обязательства.
Масштаб особенно хорошо виден в динамике. В начале 2017 года американский государственный долг составлял около $19,95 трлн. Таким образом, менее чем за десятилетие он фактически удвоился. Только за последний год задолженность увеличилась примерно на $3 трлн — один из наиболее высоких темпов роста за пределами чрезвычайного периода пандемии COVID-19.
Не просто большая цифра
Сам по себе показатель в $40 трлн еще не означает наступления долгового кризиса. США обладают крупнейшим и наиболее ликвидным рынком государственных облигаций, а американский доллар сохраняет центральное положение в международных расчетах и резервах.
Поэтому Вашингтон находится в совершенно иной ситуации, чем государства, которые вынуждены занимать преимущественно в иностранной валюте.
Для оценки устойчивости американских финансов гораздо важнее отношение долга к размеру экономики и способность бюджета обслуживать обязательства. И именно здесь появляются более серьезные сигналы.
По прогнозам Бюджетного управления Конгресса США, долг, находящийся у публики, в 2026 году составляет около 101% ВВП. Если нынешняя траектория сохранится, к 2036 году показатель может подняться до 120% ВВП, превысив исторический максимум, зафиксированный после Второй мировой войны.
Федеральный бюджет США в 2026 финансовом году, согласно прогнозам, сохранит дефицит на уровне около $1,9 трлн, или порядка 5,8% ВВП. В последующие годы при сохранении действующей бюджетной траектории ежегодный дефицит может продолжить увеличиваться.
Это означает, что американская долговая проблема носит уже не временный, а структурный характер.
Триллион долларов только на проценты
Главным вызовом становится даже не размер долга, а стоимость его обслуживания.
Чистые процентные расходы федерального бюджета уже приблизились к уровню, при котором ежегодно на обслуживание долга требуется около $1 трлн. В течение следующего десятилетия при сохранении высоких ставок и растущего объема заимствований эта сумма может существенно увеличиться.
Механизм достаточно прост: значительная часть старых обязательств США постепенно погашается и заменяется новыми бумагами, размещаемыми уже по более высоким ставкам.
В результате рост процентных расходов начинает сам подпитывать долговую нагрузку. Чем больше средств требуется на обслуживание накопленного долга, тем меньше бюджетных возможностей остается для инфраструктуры, образования, промышленной политики и других направлений — либо тем больше новых заимствований необходимо осуществлять.
На долговом рынке этот фактор становится все заметнее. Доходности долгосрочных казначейских облигаций США находятся на повышенных уровнях. Признаков отказа инвесторов от американских Treasuries пока нет: спрос сохраняется, однако рынок требует более высокой доходности за долгосрочное кредитование правительства США.
Почему долг продолжает расти
Было бы чрезмерным упрощением связывать нынешнюю ситуацию исключительно с политикой одной американской администрации.
Рост долга происходил при президентах обеих ведущих партий. На него повлияли последствия глобального финансового кризиса, масштабные программы поддержки экономики во время пандемии, налоговые решения, увеличение государственных расходов и рост обязательств по крупнейшим социальным программам.
Особое значение имеет демография. Расходы на Social Security и Medicare продолжают увеличиваться по мере старения населения. Одновременно растут и другие обязательные расходы федерального бюджета.
Получается достаточно сложная конструкция: социальные обязательства растут, процентные платежи увеличиваются, а хронический дефицит требует новых заимствований.
Именно поэтому преодоление отметки $40 трлн — скорее символ накопившейся проблемы, чем ее начало.
Что это означает для мировой экономики
Американский долг имеет особое значение потому, что Treasuries являются одним из ключевых элементов глобальной финансовой архитектуры.
Казначейские бумаги США находятся в резервах центральных банков, используются финансовыми институтами в качестве высоколиквидных активов и служат ориентиром при формировании стоимости капитала во всем мире.
Поэтому изменение доходности американских облигаций постепенно передается другим рынкам.
Если инвестор может получить более высокую доходность от американских государственных бумаг, развивающимся экономикам и компаниям приходится предлагать более привлекательные условия, чтобы конкурировать за международный капитал.
Высокие доходности Treasuries способны тем самым увеличивать стоимость внешнего финансирования для развивающихся рынков, влиять на движение капитала и усиливать колебания национальных валют.
Для Казахстана этот фактор также имеет значение. Речь идет не о прямой зависимости от размера американского государственного долга, а о воздействии через глобальную стоимость капитала, курс доллара, инвестиционные потоки и международные сырьевые рынки.
Доллар пока сохраняет главное преимущество
При этом говорить о скором кризисе американского долга или неизбежном крахе доллара было бы преждевременно.
Несмотря на масштаб задолженности, рынок американских казначейских бумаг остается крупнейшим и наиболее ликвидным государственным долговым рынком мира. Инвесторы продолжают покупать Treasuries, хотя за длинные сроки требуют все более высокой доходности.
В этом заключается важнейшее преимущество США: страна занимает преимущественно в собственной валюте, которая одновременно является основной мировой резервной валютой.
Однако статус доллара не отменяет арифметику бюджета.
Если государственный долг продолжает расти быстрее экономики, а обслуживание обязательств поглощает все большую часть доходов бюджета, пространство для экономического маневра постепенно сокращается.
Именно поэтому вопрос заключается уже не столько в том, способны ли США обслуживать долг сегодня, сколько в том, какую цену американская экономика будет платить за него через десять или двадцать лет.
От $40 трлн к следующему рубежу
Историческая отметка в $40 трлн вряд ли станет последней.
Прогнозы предполагают сохранение крупных бюджетных дефицитов США на протяжении следующего десятилетия. При этом процентные расходы будут занимать все более заметное место в структуре федерального бюджета.
Таким образом, главный сигнал нынешнего рекорда заключается не в самой цифре.
США по-прежнему располагают уникальными преимуществами — масштабом экономики, глубиной финансового рынка и глобальным статусом доллара. Но эти преимущества не делают государственные финансы неуязвимыми.
$40 трлн — это прежде всего напоминание о том, что даже для крупнейшей экономики мира деньги перестают быть дешевыми. И чем выше становится стоимость обслуживания американского долга, тем сильнее последствия этой политики будут ощущаться далеко за пределами США — от глобальных рынков облигаций и валют до стоимости капитала в развивающихся экономиках.
