Нур-Султан

Алматы

Выборы в США: энергия в центре политики

10 октября 2020, 00:564126

До начала президентских выборов в США остается три недели, и страсти вокруг этого основного политического события года накаляются не на шутку. Сначала мировую общественность потрясли агрессивные политические дебаты между двумя кандидатами на пост президента, затем искру в пламя добавил факт заражения нынешнего президента коронавирусом. 

Пристальное внимание к событиям в США связано с тем, что голоса граждан США на предстоящих 3 ноября президентских выборах во многом определят не только будущее этой страны, но и повлияют на дальнейшее развитие многих стран мира, включая страны бывшего Союза. 

 

Энергетика

Для Казахстана, как и других постсоветских государств, ключевым вопросом является политика США в области энергетики. Какие изменения следует ожидать на нефтегазовом рынке мира? Как поведут себя цены на нефть в ближайшее время?  

Внимание к энергетической политике США особенно актуально в настоящее время, поскольку роль этой страны на рынке нефти существенно изменилась за последние десятилетия. Из чистого импортера нефти, уязвимого и зависимого от внешних условий, сланцевая революция превратила США в чистого экспортера сначала газа, а впоследствии – нефти. Более того, США становятся не просто рядовым экспортером нефти, а крупным игроком на этом рынке, пытаясь найти свое место под солнцем, наряду с такими нефтяными гигантами как Саудовская Аравия и Россия.

«Внутренние» различия

Какова будет дальнейшая роль США как крупного поставщика энергетических ресурсов? Каким образом предстоящие выборы повлияют на судьбу американских производителей?

Как подчеркивает в своем анализе авторитетная консалтинговая компания Wood Mackenzie, два кандидата на пост президента США, Дональд Трамп и Джо Байден, имеют глубокие различия в подходах к внутренней энергетической политике страны. Нынешний президент Дональд Трамп, как известно, находится в оппозиционной стороне по вопросу влияния использования энергетических ресурсов на глобальное потепление. Трамп вывел США из Парижского соглашения 2015 года, а также неоднократно заявлял о цели достижения «энергетического доминирования» США посредством увеличения добычи и экспорта углеводородных ресурсов. Специалисты WoodMac также напоминают, что в течение первого срока на должности президента США администрация Трампа была сфокусирована на снижении административных барьеров для бизнеса. По словам Эндрю Уилера, главы Агентства по охране окружающей среды, в случае победы Трампа на предстоящих выборах, политика «дерегулирования» будет продолжена и в последующие четыре года. 

В отличие от Трампа, Джо Байден, кандидат в президенты США от Демократической партии, поддерживает позиции сторонников изменения климата, что, по его словам, является «экзистенциальной угрозой» (угрозой для дальнейшего существования). В планах Байдена – вернуть США в Парижское соглашение, и цель его энергетической политики – «развернуть чистую энергетическую революцию в Америке» путем перевода страны на отказ к 2035 году от использования углеводородных ресурсов в производстве электроэнергии и достижение к 2050 году нулевого значения выброса выхлопных газов в экономике в целом. 

В случае победы Байдена на выборах следует ожидать, что он «завернет» многие меры Трампа по дерегулированию бизнеса, используя введение, по его выражению, «агрессивных» барьеров по выхлопам метана. Кроме того, Байден не пойдет на выдачу новых разрешений на добычу нефти и газа на территориях и водных ресурсах, находящихся в федеральном подчинении. 

Несмотря на то, что в преддверии выборов оба кандидата несколько смягчили свои взгляды в энергетической политике, это было сделано в целях завоевания поддержки «неопределившейся» части американского электората. В целом же фундаментальные различия между Трампом и Байденом во внутренней энергетической политике сохраняются. Усилия Трампа будут сосредоточены на максимизации добычи энергетических ресурсов, дерегулировании бизнеса и выдаче лицензий на разработку новых месторождений. 

Действия Байдена будут направлены в противоположную плоскость. Его недавние поездки в штаты Пенсильвания и Техас, в ходе которых он «снизил тон» по поводу потенциального запрета применения технологии гидравлического разрыва пласта в процессе добычи нефти, продиктованы намерениями повернуть в свою сторону население этих двух крупнейших энергетических штатов. Как известно, Байден неоднократно заявлял о своих отрицательных взглядах на технологию гидравлического разрыва пласта, применяемую добывающими компаниями США. Однако во время встреч Байдена в Техасе (ведущем нефтегазовом штате) и Пенсильвании (втором по величине крупнейшем штате по добыче газа) он несколько отошел от идей по полному запрету гидравлической добычи нефти. Он дал понять, что не пойдет на полный запрет этой технологии, а лишь ограничит выдачу новых лицензий на добычу нефти и газа. 

Схожую тактику применил во Флориде и штаб Трампа. Как известно, его администрация, придерживаясь взглядов по наращиванию добычи нефти в США, пообещала после проведения выборов инициировать выдачу лицензий на разработку месторождений в восточной части Мексиканского залива. Однако, столкнувшись с ярым сопротивлением защитников охраны окружающей среды, Трамп недавно подписал указ о продолжении срока моратория (до 2032 года) на выдачу лицензий в восточной части Мексиканского залива, а также на территории атлантического побережья штатов Флорида, Джорджия и Южная Каролина. Все это было сделано с единственной целью – переманить на свою сторону не определившихся в своем решении жителей Флориды – одного из ключевых штатов для выборов США.

Несмотря на эти конъюнктурные колебания, различия в подходах кандидатов в президенты ставят серьезный вопрос по поводу будущей роли США на энергетическом рынке мира. Особенно значительное и непосредственное влияние на производителей США будет иметь экологический план Байдена, который он огласил в середине июля этого года. Ключевыми мерами этого плана, как известно, являются: полный перевод электроэнергетики на использование возобновляемых источников энергии к 2035 году; выделение инвестиций в размере $2 трлн на строительство новой и реновацию существующей инфраструктуры, включая линии электропередач, железнодорожной инфраструктуры и широкополосных сетевых технологий; создание миллиона рабочих мест в секторе строительства электромобилей и электронных заправочных станций. А также: создание миллиона рабочих мест в создании новых технологий эффективного использования энергии в помещениях; создание 250 тыс. рабочих мест в закрытии заброшенных нефтяных и газовых месторождений, поддержка инноваций в разработке батарей, а также технологий по прямому улавливанию выхлопных газов, технологий по хранению углерода; «зеленый» водород и современная атомная энергетика. 

В дополнение к этому, также повлияют на развитие нефтяной отрасли США планы Байдена запретить выдачу новых разрешений на разработку нефтяных и газовых месторождений на государственной территории и водных ресурсах, новые меры по защите Национального Арктического заповедника и других объектов, по которым Трамп обещал открыть доступ инвесторам. 

Несмотря на то, насколько полно администрации Байдена удастся реализовать эти идеи (в случае его победы на выборах), каждая из этих мер приведет, по мнению специалистов Wood Mackenzie, к сокращению капитальных инвестиций американских нефтяных компаний на десятки миллиардов долларов. По оценкам WoodMac, в случае если администрация Байдена пойдет на запрет выдачи новых разрешений на разработку месторождений, то объем капитальных инвестиций в нефтяном секторе США снизится с нынешних $276 млрд на $76 млрд. В случае, если будут приняты более строгие меры, объем снижения капитальных инвестиций только увеличится. По предсказаниям WoodMac, эти потери повлияют на развитие всего энергетического сектора США: мидстрим, переработку, нефтехимическую промышленность и производственный сектор в целом. 

Самыми большими потерями, по мнению WoodMac, обернется потенциальный запрет Байдена на разведку и добычу нефти в американской части Мексиканского залива и месторождений в Аляске. По оценкам экспертов этой консалтинговой компании, в случае запрета на добычу нефти в американской части Мексиканского залива компании могут упустить потенциальную возможность получения дохода в размере $340 млрд в течение первых десяти лет после начала добычи нефти. Что касается Аляски, то запрет на проведение нефтедобычи в этом штате приведет к отказу от потенциальной добычи нефтяных резервов, оцениваемых в размере 1 млрд баррелей.

 



Нефть и различия во внешней дипломатии

Сланцевая революция в США во многом повлияла на курс внешней дипломатической политики этой страны в отношении государств, добыча нефти для которых является основным источником государственных доходов. И предстоящие выборы станут поворотным моментом для нефтяных стран остального мира.

Снижение спроса на нефть в связи с эпидемией коронавируса усилило конкуренцию между основными поставщиками нефти на мировой рынок. Как известно, Саудовская Аравия, Россия и США отчаянно борются в настоящее время за удержание мировых цен на безубыточном для этих стран уровне, пытаясь сократить предложение нефти и выдавливая остальных конкурентов с мирового рынка.

По мнению Джона Кемпа, авторитетного аналитика рынка нефти агентства Reuters, текущая ситуация на рынке является очень хрупкой и многое будет зависеть от того, какова будет позиция США в отношении других трех крупных поставщиков нефти: Венесуэлы, Ирана и Ливии. Согласно его анализу, гражданская война в Ливии и введение санкций США по отношению к Венесуэле и Ирану привели к существенному сокращению поставок нефти на рынок из этих стран – в совокупности на 5 млн баррелей в сутки по сравнению с максимальными значениями добычи этих стран в последние двадцать лет.

Как подчеркивает Кемп, при условии сохранения объемов добычи нефти со стороны США, России и Саудовской Аравии на нынешнем уровне, уровень цен в среднесрочной перспективе будет во многом зависеть от того, насколько долго объем этой «лишней» нефти (из Венесуэлы, Ирана и Ливии) будет находиться вне объемов мирового предложения. Другими словами, в случае завершения войны в Ливии или смягчения американских санкций в отношении Венесуэлы и Ирана, мировой рынок столкнется с дополнительным предложением нефти, которое приведет к возможному обвалу цен. 

Критический вопрос, по мнению Кемпа, заключается, таким образом, в том, сохранит ли будущий президент США экономические санкции в отношении Венесуэлы и Ирана и продолжится ли противостояние в Ливии, блокирующее экспорт нефти из этой страны. С этой точки зрения выборы в США станут поворотным моментом в дипломатических отношениях с этими странами, который будет иметь непосредственное влияние на мировой рынок нефти.

Как отмечает Кемп, внешняя дипломатия и политика санкций США тесно связаны с процессами, происходящими на внутреннем нефтяном рынке этой страны. Сланцевая революция и снижение зависимости Америки от импорта сырой нефти «вооружили» США на введение более жестких санкций в отношении Венесуэлы и Ирана. По его словам, в период до начала сланцевого бума в США, когда объем добычи нефти американскими компаниями был на относительно низком уровне по сравнению с объемами потребления этой страны, политика санкций США в отношении «вражеских» стран оборачивалась высокими экономическими издержками для страны в плане постоянного риска резкого повышения цен на нефть. 

Рост добычи сланцевой нефти позволил снизить эти риски, однако политика санкций США не утратила своего значения. По выражению Кемпа, сохранение санкций в отношении Венесуэлы и Ирана «устранили» конкурирующую нефть из этих стран, и политика санкций «создала пространство» для роста сланцевой добычи американской нефти. Как подчеркивает Кемп, без сланцевой нефти США, скорее всего, были бы более осторожны в своих действиях по выдавливанию нефтяного экспорта из Венесуэлы, Ирана и в некоторой степени – из Ливии. Санкции США, таким образом, сформировали нефтяной рынок, в то время как сланцевое производство увеличило эффективность политики санкций.

Предстоящие выборы в США поднимают вопрос, насколько будущая администрация США продолжит применение санкций в качестве рычага влияния на мировой энергетический рынок. В то время как многие сферы внешней политики, скорее всего, останутся неизменными, вне зависимости от исхода выборов, энергетическая политика и политика санкций, в частности, по мнению экспертов, подвергнутся значительной переоценке и изменениям. По словам Кемпа, в случае выбора нового президента изменения коснутся как сути политики, так и стиля ее проведения. 

В частности, речь идет о том, что администрация Трампа имеет тесные связи с внутренними нефтяными компаниями США, Саудовской Аравией, Объединенными Арабскими Эмиратами и оппозиционными группами Венесуэлы. Поэтому, по мнению Кемпа, санкции в отношении Ирана и Венесуэлы (в меньшей степени – по отношению к Ливии) будут служить связующим звеном в экономической и внешней политике США. Другими словами, в случае переизбрания Трампа, следует ожидать продолжения и даже возможного ужесточения санкций в отношении этих стран.

В случае победы Джо Байдена, не имеющего подобных «нефтяных интересов», дипломатическая политика США, скорее всего, серьезно изменится. Как предсказывает Джон Кемп и другие эксперты, администрация Байдена, по всей вероятности, возьмет на вооружение курс политических переговоров по транзиту власти в Венесуэле, а также предпримет усилия по подписанию нового ядерного  соглашения с Ираном, инициированного в свое время администрацией Обамы.

В отношении Ливии США, как видится многими экспертами, предпримут все возможное для завершения гражданской войны. Однако, несмотря на потенциальное «ослабление» политики США к конкурирующим странам, вряд ли следует ожидать, что Ливия, Венесуэла и Иран смогут вернуть позиции как одни из крупнейших поставщиков нефти на мировой рынок в течение ближайших лет. В противном случае это будет означать серьезный шок для мирового рынка нефти и нефтяных цен.

Как бы то ни было, в январе 2021 года новая администрация и, возможно, новый президент США предложат миру энергетическую политику, роль которой затронет геополитические интересы многих стран. Становясь крупнейшим поставщиком углеводородных ресурсов на мировой рынок, США располагают своеобразным маневром давления на рынок нефти без опасения резкого изменения цен, как это было какое-то десятилетие назад.

 

Продолжится ли политика «энергетического доминирования» Трампа, с помощью которой нынешний президент США завоевал поддержку нефтяных компаний и очки многих избирателей в продвижении националистических интересов? Или мы станем свидетелями смещения фокуса на политику «чистого климата», которая существенно потеряла свои позиции в период президентского правления Трампа?   

Многое будет также зависеть от ситуации с распространением коронавируса, который показал уязвимость многих стран, включая США, от неопределенности на рынке нефти, и поведения стран-основных энергетических поставщиков и конкурентов США (Саудовской Аравии, России), а также развития основных потребителей нефти, к которым относится, например, Китай. Через три недели мир получит ответы на некоторые из этих вопросов. Все зависит от того, за кого на президентских выборах отдаст свой голос Америка.


Асель НУСУПОВА, Нью-Йорк, фото: twitter.com/realdonaldtrump и из архива ДК

комментарии
Авторизуйтесь на сайте,чтобы писать комментарии!

2006 - 2020 © Деловой Казахстан. 16+