Нур-Султан

0

Алматы

+10

SSE 3613.97

FTSE 100 6980.99

Dow Jones 33919.85

KASE 3 386,07

Brent 74.36

WTI 70.56

Золото 24 051.06

PTC 1 710.90

USD 425.85

RUB 5.82

EUR 499.78

CNY 65.87

1999 год: тенге в свободном плавании

5 августа 2021, 02:1512777

В 1999 году Казахстан, впервые в своей истории, на собственном опыте столкнулся с проблемами открытой экономики, специализация которой была сконцентрирована на экспорте сырьевой продукции. Падение мировых цен на нефть и другие биржевые товары, банковский кризис в странах Юго-Восточной Азии, резкое обесценение рубля в России, масштабная засуха – с таких позиций начался 1999 год для нашей страны, которая после двух последовательных лет подъема снова оказалась в рецессии. По официальным данным, 1998 год для Казахстана завершился сокращением реального ВВП на 2,5%. 

СР

Серьезный ущерб по казахстанской экономике причинил обвал цен на сырьевых товарных рынках: в течение 1998 года цена на нефть упала почти на 40%, а на цветные металлы – на 20-40%. Поскольку на эти товары приходилось почти 60% от объемов казахстанского экспорта, позиции РК были значительно подорваны. Еще одной проблемой, повергшей Казахстан в шоковое состояние, стала тяжелая засуха, разразившаяся летом 1998 года, из-за которой средний размер урожая зерновых упал более чем на 40% – самый худший показатель за предшествующие 30 лет. Это привело к тому, что объем производства сельскохозяйственной продукции в Казахстане в 1998 году снизился на 18,9%, и вклад аграрного сектора в ВВП в рыночных ценах составил всего 8,8% – самое низкое значение с 1991 года. 

Среди всех факторов, однако, самый мощный удар по Казахстану нанес дефолт России по краткосрочным долговым обязательствам и последовавшая за этим девальвация рубля в августе 1998 года. Многие наверняка еще помнят, как после объявления дефолта стоимость доллара в России резко взлетела с 6 до 20 рублей за доллар. По отношению к тенге, с августа 1998 года до апреля 1999 года реальное обесценение рубля равнялось порядка 40-50% (по данным МВФ). Обвал российского рубля в августе 1998 года привел к катастрофическим последствиям для казахстанской экономики – в третьем квартале 1998 года реальный ВВП сократился на 6,5% в годовом выражении. 

Кризис в Азии и России привел к изменению поведения инвесторов, что отразилось на повышении премии по казахстанским еврооблигациям и практически отрезало Казахстан от международных финансовых рынков. 

 

«Ползучий» режим – ползучие меры

Такая ситуация оказывала серьезное давление на тенге, которое стало наблюдаться в августе 1998 года, когда произошел обвал рубля. После российского обвала, как известно, резко обесценились национальные валюты Узбекистана и Кыргызстана. Это вызвало наплыв дешевого импорта различной продукции в Казахстан из этих соседних стран. Многие наверняка помнят массовый приток граждан России, Кыргызстана и Узбекистана в Казахстан для покупки наличных долларов, с которыми эти страны имели масштабный дефицит на внутреннем рынке.

Для поддержки стабильности валютного курса тенге, который в то время поддерживался Нацбанком в рамках режима «ползучей привязки» к доллару, НБ РК сначала пошел на повышение учетной ставки. В частности, в 1998 году она была повышена дважды: сначала в августе с 18,5% до 20,5%, а затем в ноябре – до 25%. 

В бюджетной политике, в целях приспособления к потерям, связанным с утратой доступа к мировым финансовым рынкам, правительство также пошло на некоторое ужесточение мер и сокращение государственных расходов. Однако такая «поддержка» оказалась временной, поскольку Казахстану потребовались огромные средства для проведения президентских выборов в начале 1999 года, и бюджетный дефицит по итогам 1998 года вырос до масштабных размеров в 8% от ВВП. Такое шаткое положение перекинулось и на начало 1999 года, когда Казахстан наблюдал слабый приток доходов от сырьевого экспорта, получал скупые доходы от приватизации и столкнулся с ограниченным финансированием из внешних источников. 

 

5 апреля 1999 года: черный понедельник

В этих условиях становилось все более очевидным, что меры, принимаемые казахстанским властями, были неадекватными в отношении надвигающихся на нашу экономику проблем. В условиях катастрофического снижения ЗВР страны и обвала торгового дефицита до катастрофического уровня в 10% от ВВП, было неудивительно, что правительство и НБ РК вынуждены были пойти на радикальное решение. Этим решением стал отказ от фиксированного режима валютного курса и отпуск тенге в «свободное плавание». Это историческое событие произошло 4 апреля 1999 года, когда правительство сделало заявление, что, начиная с 5 апреля, Национальный банк страны не будет заниматься вмешательством в операции на рынке иностранной валюты в целях поддержания стабильного курса тенге. 

До этого заявления курс тенге к доллару США составлял 88,3 к 1. После отпуска тенге в свободное плавание курс обвалился до 150 тенге (за один доллар), однако к концу «девальвационной» недели он закрылся на уровне 115,7 тенге за доллар, при колебаниях на уровне 112,8-166,45 тенге за доллар. К концу апреля курс тенге стабилизировался на отместке в 114,7 тенге за один доллар (23 апреля). В целом номинальный валютный курс тенге к концу апреля 1999 года по сравнению с июлем 1998 года снизился на 37%. 

К сожалению, реакция казахстанских властей на все описанные выше кризисные явления оказалась замедленной – в течение долгих месяцев до проведения девальвации правительство и Национальный банк придерживались постепенных мер в денежной, бюджетной и валютной политике, не решаясь на принятие жестких шагов по девальвации тенге. Между тем было очевидным, что тенге резко терял свою реальную стоимость (по отношению к доллару) даже до проведения апрельской девальвации. К концу 1998 года снижение курса тенге к доллару в реальном выражении составило 10,6% по сравнению с концом 1997 года. К концу первого квартала 1999 года стоимость тенге (относительно доллара) в реальном выражении упала на 18,7%.

По мнению экспертов МВФ, такое неуверенное поведение было продиктовано неопределенностью по поводу размаха и продолжительности внешних шоков. Власти Казахстана, по мнению МВФ, также опасались, что резкие движения в принятии мер могут привести к панике среди населения и стать своеобразным детонатором полномасштабного валютного и финансового кризиса в стране. Запоздание с проведением масштабной девальвации тенге, скорее всего, также было связано с проведением президентских выборов в январе 1999 года, когда любое решение об обвале валютного курса в тех условиях было бы крайне непопулярной мерой. 

Промедление с переходом к режиму свободного плавания обернулось для Казахстана огромными потерями. В частности, по данным МВФ, чистый объем международных резервов Казахстана в 1998 году снизился на $420 млн, а с момента российского дефолта в августе 1998 года до момента смены валютного режима в апреле 1999 года Казахстан потратил на поддержку курса $700 млн. 

Как показывают показатели с платежным балансом страны, ситуация в стране выглядела весьма плачевной. С 1997 года к концу 1998 года дефицит текущего счета расширился с 3,6% к ВВП до 5,7% к ВВП. Ближе к концу 1998 года стало очевидным, что завышенный курс тенге серьезно влиял на расширение дефицита текущего счета и ухудшений условий внешней торговли для Казахстана. Дефицит текущего счета полностью финансировался за счет прямых иностранных инвестиций и среднесрочных и долгосрочных займов. В частности, в 1998 году объем прямых иностранных инвестиций достиг размера в $1,1 млрд, что было немного ниже уровня 1997 года. 

В целом, с повышением спроса на иностранную валюту, в Казахстане резко упала потребность в тенге: показатель резервных денег с конца июня по конец декабря снизился на 11%, а с конца декабря до конца марта 1999 года – еще на 20%. При этом показатель широких денег за эти периоды снизился на 3% и на 14% соответственно. По данным на конец 1998 года значение показателя широких денег в экономике стояло на уровне 8,2%. 

Одной из причин сокращения широких денег в экономике явилось падение внешних активов страны. Для того чтобы предотвратить обесценение тенге после девальвации российского рубля в августе 1998 года, Национальный банк Казахстана, как известно, выкупил масштабное количество тенге, потратив резервы в твердой валюте. Такими действиями Нацбанк косвенно изъял из обращения огромную массу наличного тенге и, продав твердую валюту, столкнулся с сокращением чистых внешних активов. Как показывают самые последние данные до девальвационного периода, в ноябре 1998 года отношение широких денег к золотовалютным резервам Нацбанка находилось на высоком уровне в 167,8%. В середине апреля этот коэффициент упал до 102%. 

 

Побочные эффекты новой политики

Несмотря на то, что переход к режиму свободного плавания тенге был вполне оправдан, сам процесс, по мнению зарубежных экспертов, ознаменовался серьезными ошибками. Дефолт по внутреннему долгу и решение правительства по гарантированию долларовой стоимости банковских депозитов осложнили ситуацию по финансированию бюджетных обязательств страны за счет внутренних источников.  

По мнению экспертов лондонского EIU, решение правительства по гарантированию депозитов, хоть и позволяло сохранить деньги в банках страны, все же имело множество отрицательных последствий. В первую очередь, эта гарантия, как выразился в то время МВФ, превратила банковские депозиты в своеобразный внутренний долг, деноминированный в долларах. Таким образом, правительство как бы увеличило долговое бремя. Во-вторых, данная гарантия оказала поддержку более благополучным слоям населения, которые могли себе позволить оставить депозиты в банке сроком на 9 месяцев (таковым было условие гарантирования депозитов). Менее же состоятельные категории населения, которые были вынуждены прибегнуть к последним сбережениям, все еще страдая в то время от невыплат заработной платы, оказались в проигрыше от таких мер. 

Еще одной категорией, которой девальвация сулила проигрыш, стали коммерческие банки страны. На первый взгляд, обесценение тенге должно было быть на руку банкам, поскольку большинство их позиций удерживалось в долларах США. К примеру, более 50% кредитов банков были деноминированы в долларах, и те кредиты, что были деноминированы в тенге, имели привязку к доллару. Таким образом, по данным МВФ, 70% банковского портфеля банков, выраженного в тенге, могло даже вырасти в стоимости в результате девальвации.   

Однако долгосрочные последствия девальвации для коммерческих банков Казахстана были отрицательными. Согласно анализу МВФ, дело здесь заключалось в том, что 40% заемщиков с деноминированными в иностранной валюте кредитами ожидали в то время доходы, также деноминированные в иностранной валюте. Таким образом, в результате девальвации реальная стоимость по обслуживанию долга для них на самом деле оборачивалась огромными убытками. Это, в частности, произошло при изменении курса с 80 до 112-115 тенге за доллар, что привело к повышению реальной стоимости обслуживания долга для 40% от всех заемщиков (или для 60% из тех, чьи кредиты были деноминированы в иностранной валюте). 

И повышение стоимости обслуживания долга для них обернулось на 40%. В условиях апрельской девальвации стало очевидным, что многие компании –заемщики банков оказались под ударом и качество кредитных портфелей коммерческих банков будет только ухудшаться. 

Проблема здесь заключалась в том, что в то время Казахстан только начал приходить в себя от шоковых последствий переходного периода, приступив к построению цивилизованной банковской системы. Добившись к концу 1998 года относительно высокого значения банковских активов (191,3 млрд тенге по сравнению с 178,7 млрд тенге в конце 1997 года), казахстанские банки все еще находились в начальной стадии своего развития. К примеру, в отношении к ВВП объем банковских активов составлял в конце 1998 года лишь 10,9%, а их депозитная база равнялась лишь 85 млрд тенге (4,5% от ВВП). Поэтому любое изъятие активов из банковской системы грозило обернуться огромными потерями. 

В целом, несмотря на то, что казахстанское правительство и Национальный банк уверяли всех в продуманности апрельской девальвации 1999 года, этот процесс прошел далеко не гладко. Согласно исследованиям МВФ, при «планировании» решения по девальвации правительство и Нацбанк решили «обойтись» без участия экспертов МВФ, которые в то время стояли в «оппозиции» в отношении многих мер, принятых казахстанскими властями.

Как пишут в своем исследовании эксперты лондонского EIU, председатель НБ РК Кадыржан Дамитов признал, что девальвация тенге оказалась полным сюрпризом для МВФ, однако подчеркнул, что Казахстан не обязан был предупреждать МВФ об этом заранее. 

Несмотря на то, что реакция МВФ на заявление г-на Дамитова была дипломатичной, взаимоотношениям Казахстана и МВФ в тот период, по выражению экспертов EIU, был нанесен значительный ущерб. МВФ в то время, как известно, выделил Казахстану $433-миллионный заем для поддержки стабильности валютного курса, и его эксперты подвергли критике меры Казахстана по введению гарантирования долларовой стоимости банковских депозитов, а также предложения по замораживанию цен на коммунальные услуги и сокращению требований по банковским резервам.

Кроме этого, МВФ не разделял мнения с казахстанскими властями по правильности решения о возврате валютной выручки казахстанских экспортеров. Как известно, в дополнение к мерам по гарантированию депозитов Казахстан в то время пошел на ужесточение ограничений по операциям с иностранной валютой. Речь идет о мерах по обязательной продаже 50% валютной выручки, а также введению 0,5%-го платежа с покупок иностранной валюты. Мера по продаже части выручки правительству была введена после долгого перерыва, когда в октябре 1995 года правительство отменило правило по продаже 30% выручки.

В целом 1999 год показал полную уязвимость Казахстана от внешних шоков в силу сырьевой направленности нашей экономики и масштабной зависимости от России в торговом и экономическом плане. В последующие годы судьба неоднократно столкнет Казахстан с такими внешними шоковыми потрясениями, которые повлияют на изменения в денежно-кредитной, валютной, бюджетной и экономической политике и жизни страны.

 

 

5 июля 1999 года – падение «Протона»

1999 год отметился еще одним драматическим событием – неудачным стартом российского ракетоносителя «Протон» со спутником связи. Обошлось, к счастью, без жертв. Но космическому партнерству двух стран был нанесен серьезный урон. По этому поводу правительством Казахстана было сделано заявление, создана правительственная комиссия.

 

Асель АЛИШЕВА

2006 - 2021 © Ваша почта. 16+